– Осталось немного. Давай уж доведем дело до конца!
Сатин сел на полу. Волосы облепили лоб.
Нависая над ним, Ли Ян поднял его лицо за подбородок и попытался разжать челюсти. Его зубы нравились Ли – Сатин всегда знал это – у парня-то у самого было полно проблем с зубами.
– Если не откроешь рот, я вырву тебе пару зубов, – пригрозил китаец, надавив ногтями на корни нижних.
Он послушно разжал челюсти.
– А теперь проглоти её! Давай!!
Парень задрал его подбородок выше.
– Да как ты еще не умер от такой дозы! Ты должен был впасть в летаргический сон, кому, как там это называется?! Тебя должен был хватить эпилептический удар!
Он подавился, потому что Ли Ян его тряс. Хотелось откинуться прямо на полу и мгновенно отключиться, голова сама свешивалась на плечо. Китаец поднял его с пола на ноги, будто он ничего не весил, и вместе с ним упал на старую кровать на пружинах, кроме поролонового матраса, на ней ничего не было. Пружины тут же откликнулись.
Стоило коснуться головой матраса, как глаза начали закрываться.
– Перестань, Ли… Мне очень плохо.
Сатин попробовал перевернуться на бок. В целом было плевать и на парня, и на всю эту ситуацию. Хотелось лишь одного – чтобы его оставили в покое.
– Я преподам тебе хороший урок! Подрастеряешь всю свою мужскую гордость! Знаешь, а ведь это я вырубил подружку твоего сына.
Ли Ян почти касался губами его лица, мятно-горчичное дыхание обжигало кожу.
– Ты обезумел… Зачем тебе эта девушка?
Холовора отвернул лицо.
– Сделаю больно твоему сыну – сделаю больно тебе. Ты ведь его обожаешь! Такой хороший парень, что меня прямо тошнит!
Сатин перевалился на бок, подминая поролон и путая себе волосы, зашептал:
– Причинил бы зло моему сыну?.. Ты так меня ненавидишь?
– Меня бесит вся ваша ебанутая семейка! Твоя ненасытная сука-жена, которая только внешне святая!
– Заткнись, Ли-и!!
Парень встал на кровати и отстегнул юбку, она улетела под стол, щелкнул застежкой ремня, расстегнул ширинку, снял брюки. И развернул его к себе. Белья на Ли Ян не было. Китаец еще не успел смыть краску с тела, скорей всего, даже и не пытался, отшлифовывая свой мерзкий план.
– Аулис, кстати, тебе тоже нравится. Она из хорошей семьи, образованная и сексуальная, как раз то, что тебе надо для полного счастья. Прекрати дергаться!
Ли Ян уложил его руки вдоль тела и придавил их к кровати, налегая своим весом.
– Я сказал – прекратить! Всё, – с шумом вздохнул парень, раздув челку, – теперь я спокоен. Меня сейчас волнует другое… Я не уверен, что у меня встанет на мужчину, даже такого как ты. Если ничего не произойдет, тебе придется отсосать у меня. Да, этим самым миленьким ротиком.
Китаец зажал его подбородок. Сатин помотал головой, стремясь стряхнуть ладонь Ли Ян.
– Что, не хочешь?
Пальцы сильнее сдавили кожу на скулах. Вскоре китаец отпустил его лицо, но в покое не оставил.
– О, Сатин, – хрипел парень, пытаясь его раздеть и выворачивая руки, – я ведь собирался сотворить с твоим сыном что-то такое ужасное, а ты бы потом считал себя в ответе за то, что с ним произошло, какая жалость! Но ты мне сам помешал, когда увел его с заднего двора. Кто бы мог подумать, что ты его не бросишь, вы так орали друг на друга!..
Ли Ян лег сверху, прижавшись к его бедрам, потерся. Это сразу же раззадорило парня.
Сатин перестал сопротивляться, не понимая, почему он позволяет этому случиться. Он почти не различал лица Ли Ян, только ощущал горячую кожу и запах тела. Как скотина, которая позволяет загнать себя на смерть ради мяса.
Эрекция у него была неслабая, и Ли Ян заметил. Вероятно, китаец отнёс это на счет своего сходства с двоюродным братом.
Кусая губы, Сатин медленно ворочал головой, лежать было неудобно, шея заболела, боль стала отдаваться в позвоночник.
Китаец стащил с него последнюю одежду, избавил от обуви.
– Поиграем?
Голос парня казался напряженным. На лицо легла тень, когда Ли Ян наклонился.
– Смотри, что я делаю.
Зажал его челюсть одной рукой, не позволяя отвести лицо, и запустил пальцы себе в рот, собираясь использовать слюну вместо смазки.
– Проблем не будет? – настороженно спросил парень. – Попробуешь меня покалечить, и я отрежу тебе всё к черту!
Дернул колени в разные стороны, налегая сверху. Пришлось сжать бока Ли Ян.
Парень по-прежнему держал его за руки, медленно заполняя собой. Сатин издал сдавленный звук, откидывая голову назад. Пошевелиться не давала хватка Ли Ян. Любое движение теперь вынуждало выгибаться, застывать и снова выгибаться. Это так похоже на порабощение.
В ушах отдавался скрип пружин. Сопротивлялся боли, но не насилию. Казалось, таблетки подавили в мозгу здравый смысл.
К лицу прилила кровь.
Сатин сжал мышцы, и китаец задышал громче.
Угол был неудобным, Ли Ян одной рукой подсунул ему под спину поролоновый валик, после чего задвигался энергичней, проникая глубже.
Сатин снова сжал и подался навстречу, тут же послышался стон Ли Ян.
