Следующий постулат, воспринятый фра Томмазо от Телезио, – гилозоизм[70]. В сонете о вселенной Кампанелла пишет: «Мир – живое существо во [всей] своей целости, великое, образ Божий, воздающий Ему хвалу. Мы – несовершенные черви, подлые семейства, живущие в его чреве, как в своих поместьицах. Мы не ведаем его любви, его разума – как и в моем теле червь вовсе не желает знать меня, но свой мелочный вред мне причиняет, – но вот он (мир. –
В «Гимне весеннему солнцу», также сочиненному в застенках, Кампанелла пишет о солнце: «О Солнце, находятся люди, которые отказывают тебе в разуме и жизни, и помещают тебя ниже насекомых!»[72] В «Космологии» он пишет, что и Земля «тепла по природе и является животным»[73]. В трактате «О чувстве, заключенном в вещах, и о магии» сказано: «Раз живые существа обладают чувством (таково всеобщее мнение), а оно из ничего не возникает, значит, [можно и] нужно утверждать наверняка, что и стихии, живых существ основания, обладают чувством, да и все вообще им наделено. Ведь как покажем мы, что в оной из стихий есть, то и всем остальным присуще. Итак, чувствует и небо, и земля, и все мироздание, внутри которого живые существа пребывают подобно кишечным паразитам, обитающим в брюшной полости в теле людском, которые не воспринимают ни разум, ни волю, ни чувство человека, ибо несоизмеримо его чувство с их собственным»[74] (книга 1, гл. 1).
Гилозоизм приводит к «очеловечиванию» вселенной. Ощущение присуще всем вещам, которые «испытывают наслаждение от самосохранения и неудовольствие от собственной гибели… (Мир) есть чувствующее животное, и все его части наслаждаются общей жизнью»[75]. «Только люди замечают, что это за громадное живое существо – космос, ищут, где его исток, куда идет, как живет и когда погибнет, и узнают»[76] (там же, книга 2, гл. 25). По Кампанелле, воды – живые, так как реки стремятся к морям, нагреваются от солнца, зависят (видимо, приливами и отливами) от Луны, производят живущих в них рыб и растения. Живы и камни, принимая теплоту и холод и обладая «чудесными» свойствами. Живы металлы, рождающиеся в недрах, и особенно – текущая ртуть, сама способная порождать более благородные металлы – серебро и золото, во что свято верили алхимики.
Гилозоизм тесно смыкается с античным учением о Мировой Душе, возрожденном Фичино. Вполне в его духе Кампанелла пишет в своем трактате «Философия, доказанная ощущениями»: «Мировая душа не соединяется с телом, а выдыхает и порождает его. Наделенная жизнью в высшей степени, она выдыхает живое, доступное чувствам дуновение, но не то, что непременно почувствуют другие вещи, а то, что само почувствует их, им даруя жизнь. Дуновение это, уподобляющееся пронизывающей душе, пронимающее вселенную, влито во все вещи»[77]. Эта идея столь дорога фра Томмазо, что в том же произведении он даже упрекает своего «заочного» учителя, Телезио, в ее игнорировании: «Так как мироздание в целом пребывает единым благодаря душе, если одушевлены части его, то не будет неодушевленным и оно само, о чем мы выпустили отдельный трактат… Горячий дух, охваченный сильным жаром, находит убежище в холоде, источенном мировой душой, которую Телезио упускает»[78].
Взгляды на материю сходны с взглядами Телезио: «Материя не есть ничто, но является сущим. Следовательно, она находится в мире, а не в одном лишь разуме перипатетиков. Ибо существа образуются из той материи, которая находится в мире, а не из той, что присутствует в нашем сознании… Формы умирают, а материя пребывает такой же. Следовательно, она едина и бессмертна, а формы многочисленны, изменчивы, тленны, подвержены возникновению и гибели. Следовательно, материя в большей мере, нежели формы, обладает действительным бытием… (Она) дает формам материальное существование, сама же воспринимает от них лишь формальное бытие, но не бытие как таковое. Ибо она сама воспринимает, а воспринимать может лишь потому, что по природе предшествует формам… Бестелесная материя – не что иное, как аристотелева химера, ибо материальность есть то же, что и телесность… (Материя есть) тело бесформенное, лишенное числа и фигуры, неспособное к действию и неподвижное… (Но способное) к восприятию идей, действий и чисел, так что может становиться единством и множеством, то есть соединяться и разделяться, расширяться и сжиматься, приобретать качества и принимать любую фигуру»[79].
Материя порождает душу: «(Душа есть) теплый телесный дух, тонкий, подвижный, способный быстро испытывать возбуждение и чувствовать… порожденный во влаге в недрах грубой материи; не имея возможности вырваться из нее, он образует и формирует ее так, чтобы можно было жить вместе с ней»[80].
