От этих мыслей Мазгару стало жутко, он потянулся к телефону, но тут же остановился. Оксана заснула, звонок может её разбудить. Эх, вот если бы он был её мужем! Просидел бы рядом всю ночь, не смыкая глаз!
В эти минуты для Мазгара не было в мире человека дороже Оксаны.
Думая о ней, он просидел за столом почти до рассвета. Заснул, положив голову на стопку чистой бумаги, которая должна была стать, но так пока и не стала, рукописью книги о любви.
Его разбудил телефонный звонок. Торопливо схватил трубку:
– Оксана!
– Я чувствую себя гораздо лучше. Сейчас мы поедем в Симферополь, Валентин ждёт меня в вестибюле. Вечером я тебе позвоню.
Вечером после звонка Мазгар зашёл к Оксане. Она опять выглядела утомлённой. На предложение прогуляться у моря решительно отказалась.
– До смерти устала, – сказала она, массируя икры. – Целый день – на высоких каблуках.
– Зачем же на таких высоких?
– Валентин велит. Он не любит низкорослых женщин.
– Не такая уж ты низкорослая.
– Для него низковата.
– Интересно… Мучаешь себя ради его прихоти. Может, и красишься, чтобы нравиться ему?
– А что тут такого? Я должна выглядеть перед ним молодой. Приходится прятать морщинки.
Мазгар полагал, что красится она из женского кокетства, а выходит – вынуждена.
– У моря сегодня чудесно, может, всё-таки погуляем?
– Нет, не могу. И Валентин должен позвонить.
– Ясно. Что ж…
– Пожалуйста, не обижайся, ладно? Сходи один, подыши свежим воздухом, голову проветри.
– У меня и так в голове ветер гуляет.
Оксане шутка не понравилась.
– Не говори так! Тебе это не идёт. Ты же писатель. Серьёзный человек.
Мазгар выслушал её с кислым лицом.
– Ладно, иди, мой хороший, – сказала Оксана и погладила его по голове, как маленького. – Позже я тебе позвоню. Сам не звони. Виктория тоже что-то прихворнула.
Около двенадцати у Мазгара зазвонил телефон. Обрадованно схватил трубку, подумал – Оксана. Оказалось, не она, а тот знакомый татарский писатель.
– Салям! – сказал он. – Как дела, братишка?
– Ничего, дяденька.
– Ты почему дома?
– А где я должен быть?
– Ты, джигит, от меня не скрывай. Я всё вижу. Знатную красавицу ты заарканил.
– Какую такую красавицу? – прикинулся непонимающим Мазгар.
– Как какую?! Уж не упустил ли ты её? Смотри! Упустишь – лишу тебя звания «джигит». Видел я вас вместе, наглядеться не мог – красивая вы пара.
Вот старый шайтан, и когда он успел углядеть? Теперь скрывать знакомство с Оксаной не было никакого смысла.
– Ну и глазастый же ты!
– Народ – он всё видит, а я – представитель народа.
– Что ещё скажешь, представитель народа?
– Вот что скажу: пока другие не перехватили, надо тебе жениться на ней. Она, случаем, не замужем?
– Нет, успокойся, – слукавил Мазгар.
– Вот ведь, поистине Всевышний, решив наградить раба своего, выставляет награду на его пути.
– Аминь!
– Ты давай не сиди сложа руки, как на молитве, пошевеливайся!..
Закончив разговор, Мазгар вышел в коридор. Осторожно подошёл к двери Оксаны, прислушался. Тихо. В комнате свет погашен, значит, спят. Оксана обещала позвонить, но – увы…
Мазгар даже обиделся. Зачем было обещать?
Может быть, он ей не нравится? Но зачем тогда она так ласкова с ним?
Или решила отыграться на нём за своего бессердечного мужа? Если так, то…
Что же ты за человек, Оксана?
И эту ночь Мазгар провёл беспокойно, в каком-то полусне.
Рано утром зазвонил телефон.
– Доброе утро, миленький!
Мазгар некоторое время молчал, слушая её дыхание в трубке.
– Ну, отвечай, не сердись… – сказала Оксана жалобно.
– Ты меня нарочно обманула?
– Не обманула. Устала вчера очень. Прилегла отдохнуть и заснула. Извини.
Обида Мазгара развеялась как дым на ветру.
– А мне, дурню, что только в голову не пришло.
– Ты меня прощаешь?
– Уже простил.
– Какой ты хороший! А я боялась, что ругаться будешь. Ты сильно рассердился?
– Всё, всё, забыли!
– Тогда приглашаю тебя на набережную. Выйдешь?
Мазгару показалось, что он чувствует тепло её дыхания.
Настроение у Оксаны было приподнятое. Она взяла Мазгара под руку.
– Люди увидят, – обеспокоился он не столько за себя, сколько за неё.
– Пусть видят, – отвечала Оксана храбро. – Я никого не боюсь!
– А если Валентин вдруг заявится?
– Не заявится, он дал мне отдых до обеда.
– С чего это он стал вдруг таким милосердным?
– Куртку эту проклятую ему купили. На радостях оставил меня в покое.
– Обмывает покупку?
– Я же говорила: он не пьёт.
– Впрочем, мелочные люди жалеют деньги на водку.
– А ты?
– Нет, на хлеб и водку никогда не жалел.
– Глупый! Хлеб – это святое, а ты ставишь его в один ряд с водкой.
– Я же о прошлом говорю, – попытался оправдаться Мазгар.
– Раз денег на это не жалел, пожалей потерянную тогда жизнь.
– Я и жалею. И ещё жалею, что не встретил тебя пораньше.
– Если бы встретил, что тогда?
– Мы смогли бы, например, совершить путешествие по Крыму.
– Пешком? – засмеялась Оксана.
– Что смеёшься? Не любишь путешествовать? Здесь вот каждый день предлагают разные экскурсии. Хотела бы съездить?
– Дело не в моём хотении или нехотении.
– А-а, муж… – догадался Мазгар. – А всё-таки хорошо бы съездить. Скажем, на Бахчисарай. «Бахчисарайский фонтан» Пушкина знаешь?
