Купив билет на самолет «Sessna* чехословацких авиакомпании, Андреев пошел на посадку. Маленький самолетик. Набрав высоту, он медленно полетел, следуя своим курсом на город Горький. Внизу четко виднеются реки, речки, огороды. Даже домики и те виднеются отдельно. После такого мирного пейзажа Андреева вырубило. Неужели здесь не стреляют? И девочки ходят в коротких юбках. И что? Паранджу не надевают? Андреев был как-то у одного офицера афганского командос. Жена по-европейски одета, накрашена. Персик да и только. Он спросил у хозяина: почему тот не разрешает жене выходить в таком виде на улицу? Тот ответил, что законы Шариата очень жестоки. Если она выйдет на улицу с открытым лицом, то ее могут зарезать. Поэтому он велит ей выходить на улицу только в парандже. А дома?! Дома он разрешает ей ходит даже голой. Чтобы не криветь душой – фигурка у нее классная: осиная талия, небольшая, но высоко поднятая грудь, ноги с чуть полноватыми икрами, хотя это не портит красоту ног. Красавица – ничего не скажешь. Такой только любоваться. Повезло этому афганскому офицеру.
–Уважаемые пассажиры, – раздался голос стюардессы, – пристегните, пожалуйста, ремни, мы приземляемся.
Вот и город Горький. Немного провинциальный, немного современный: окраины старорежимные – частный сектор, а центр – великолепные современные постройки. Все как обычно. Посадка, осмотр, аэровокзал. Андреев н первую очередь побежал к объявлениям о вылете. Тут его постигло горькое разочарование: следующий самолет будет только в четверг, а предыдущий улетел сегодня, в понедельник, полчаса назад. Тяжко вздохнув, он вышел на улицу, закурил. На его мрачный вид стали люди оглядываться. Тем более что у него форма для «Союза» была необычная: походно-полевая, ноги обуты вместо сапог в «борцы», полусапожки по-вашему.
–Эй, парень. – окликнул Андреева какой-то мужик. – Тебе куда?
–Далеко, – сказал лейтенант, – отсюда не видно.
–Ты не обижайся, я ведь по-хорошему.
–Да вот, самолет улетел, а следующий только в четверг.
–Да ты толком расскажи. Куда ехать-то? Ты, я вижу, из Афгана. У меня сын моего соседа там служил.
–В Йошкар-Олу мне. Ты, наверное, и не слышал.
–Отчего же, знаю. Давай, я тебя до границы с Татарией довезу, а там пересядешь на автобус.
–Спасибо, приятель. У меня столько «бабок» нет.
–А сколь у тебя?
–Да, рублей тридцать всего, остальное все на вкладной книжке, в Сбербанке.
–Садись и не вякай. Я только еще парочку пассажиров подхвачу и поедем.
Неужели такое может быть? Таксист, который «капусту» должен «рубить», почти бесплатно отвозит. Да еще уговаривает ехать. На площади аэровокзала народу было много. Двое пассажиров в город быстро нашлись. Сели – поехали. Андреев, как и уговаривалось, свои тридцать рублей отдал сразу. Машина петляла по улицам города, выехали за черту города, на трассу. Водила гнал на всю мощь, даже не подсаживал никого. Проехав мост через Волгу, водитель помигал фарами встречному такси. Тот
остановился. Они о чем-то быстро переговорили, встречный развернулся в обратную сторону. Номера у него были наши, марийские. Андреев быстренько пересел н нее и вперед. Теперь уже не страшная команда. Это означает – ДОМОЙ.
Как доехали до Йошкар-Олы, он не помнил. Единственное, что он запомнил, – это свой ответ таксисту, что нужно ехать на улицу Щорса 17. Там жила его невеста. Вот и улица, вот дом. Дома никого нет. Невеста его на работе. Оставив вещи у соседей, он бросился к автобусу. Доехал до завода, где работала невеста, зашел на проходную.
–Извините, пожалуйста. Как можно позвонить в двадцать первый отдел? – обратился к вахтерше Андреев.
–А ты откуда такой взялся? Странная у тебя форма. Да и сам весь черный.
–Да я только что с дороги. Извините меня.
–Что уж там. Звони. Только недолго, – удивленно-недоумевающе ответила вахтерша.
Через пять-шесть минут вышла невеста. Объятья, поцелуи… Она отпросилась в отгул на целую неделю. Остальное все как обычно. Тебе, читатель, будет неинтересно. Но для Андреева это был праздник. Вкусный обед, вкусная девушка, вкусная музыка, по сравнению с азиатской. Потом он заехал к матери, к друзьям. Так и закрутился отпуск, как будто бы на карусели. Картинки сменяют одна другую, что калейдоскоп. Все и запомнить невозможно.
Знаешь, читатель, странно все это. Это ведь про женщин. Макро Незе, итальянец по рождению, однажды промолвил такое, что на русский язык переведешь так: «Каждая женщина испытывает это странное желание вкусно накормить своего любимого». Наверное, женщина, накормив своего мужчину, испытывает удовлетворение. Конечно, как я раньше не догадался? Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок.
