— Что? От чего защитить? — На лице юноши читалось неподдельное удивление и смятение. Родители покинули его с улыбками, не было и тени страха или нервозности. Он бы это запомнил. Обязательно!
— Клан Говалетти был главным противником Вонголы и, в особенности, CEDEF, на которую работала твоя мама. Не знаю каким образом, но они узнали, что у тебя есть пламя и пожелали убить. Твои родители отвлекли внимание на себя, предварительно оставив тебя в таком месте, где никто бы не додумался искать — в интернате для трудных детей. После их гибели даже Вонгола не сразу нашла тебя, а когда нашла, твоя тётя по отцовской линии уже подготовила документы на опеку. Семья не стала ей мешать, решив, что так ты сможешь вырасти счастливым. Неужели никто не рассказывал?
Кёе хватило сил только отрицательно покачать головой. Он не мог поверить в услышанное. Просто не мог. Это было невозможно! Его родителей убили только потому что у него было пламя облака? Потому что мама была частью мафии? Сердце ускорило ритм, дышать стало тяжелее. Это не могло быть правдой, просто не могло! Но и верить в такую историю хотелось куда больше, чем по-прежнему считать, что был брошен.
Словно угадав его мысли, Алауди решил «добить»:
— Ты был очень желанным ребёнком, Кёя. Они в тебе души не чаяли, а потому никогда бы не бросили. У тебя же остался тот кулон, что мама вложила в руку перед уходом? Внутри фотография и пятизначный номер. Войди через него в базу CEDEF и сам убедись. Я не соврал.
Хибари опустил голову так что чёлка скрыла лицо. Вяло снял с шеи цепочку с кулоном. Он уже и не помнил, что эту вещь дала мама — просто она всегда была с ним и нравилась ему. Маленький лиловый ромбик, ровно под цвет его пламени. Юноша даже не догадывался, что он открывался. Защёлка, искусно заделанная под украшение, сдвинулась, открывая крошечный семейный снимок.
«Это… Мы. Все вместе». — Худенькая молодая женщина в обнимку с мужчиной, на руках которого улыбался четырёхлетний мальчик. Кёя помнил этот снимок. В тот раз они выбрались на пикник, а прогуливающийся фотограф предложил запечатлеть момент на плёнку. — «Хороший был день».
На внутренней стороне кулона действительно оказалось выбито число. 10N18.
— И что оно значит?
У Хибари появились догадки относительно чисел, но вот буква выбивалась из общего порядка, путая мысли. Алауди по-доброму улыбнулся.
— Десять — десятое поколение, N — Nuvola, что с итальянского переводится как «облако», а восемнадцать — так можно записать твои имя и фамилию.
— Понятно. Спасибо, Первый.
— Можно просто Алауди или Ал, всё-таки мы родственники, пусть и далёкие. — хитро прищурился мужчина, протянув руку чтобы взъерошить подростку волосы. В отличие от остального окружающего мира, со своим прямым наследником он мог контактировать на любом уровне. Будь то речь или же касания. Никто из них так и не понял, как это работало, но оно работало.
— Спасибо, Ал!
Кёя промолчал на растрёпанные волосы, так как в тот момент причёска волновала его меньше всего. Он был счастлив. Очень. Глаза ещё немного покалывали от наворачивающихся слёз, но юноша стойко держал их внутри. Не хватало ему ещё разреветься перед предком!
Мобильник в кармане завибрировал, отвлекая от мыслей и извещая о входящем сообщении, оказавшемся от Тетсуи. В нём было всего одно предложение, но, едва увидев смайл, юноша понял, что друг желает сообщить нечто очень весёлое.
«Как будет время, звякни на Скайп, у меня потрясающие новости! (͡• ͜ʖ ͡•)»
========== 6. ==========
Алауди сконцентрировал милостиво предоставленную Хибари энергию в ладони и осторожно передвинул горшок с фикусом ближе к свету. Воздействовать на предметы для него было всё так же тяжело, но потихоньку он привыкал к новым возможностям и не забывал пользоваться ими в любой подходящей ситуации. Мужчина критичным взором осмотрел просторное помещение гостиной, пытаясь решить, что ещё ему не нравится.
— Алади, Хибари! — Хиберд влетел в открытое окно и примостился на раме, с интересом наблюдая за повернувшимся на его голос Клайдом. Алауди вытянул руку вперёд, призывая кенара подлететь ближе и, если получится, вновь сесть на палец. Птица в очередной раз выкрикнула имя хозяина и послушно сделала круг над головой сосредоточившегося детектива; тело мужчины постепенно теряло свою прозрачность, и в какой-то момент он стал вполне похож на нормального живого человека. Хиберд осторожно опустился на предложенный палец.
«Отлично», — Алауди с гордостью за самого себя посмотрел на крошечные коготки птички, что щекотно покалывали кожу. Несмотря на то, что продлился этот миг всего около семи секунд, Первый хранитель облака был доволен результатом: это был его новый рекорд по материализации. Мужчина прекрасно понимал, что продержаться дольше вряд ли когда-нибудь сможет (такие «фокусы» быстро высасывали энергию Кёи), но и этого времени ему хватало. Незабываемые ощущения!