Так вот, про окна. Чтобы жара не проникала в дом, в нем, в идеале, их вообще быть не должно. Говорю это, основываясь на своем личном опыте. Когда я была маленькая, я почти каждое лето отдыхала в Алма-Ате у тети. Надо еще поспорить, где летом жарче – там или на Корфу. Выходные мы проводили на даче, жара – под сорок градусов, но в маленьком дачном домике было прохладно. Ставни закрывали днем наглухо, свет не включали и без особой надобности в комнаты не заходили. А зачем? Летняя кухня была на улице, вся жизнь – в абрикосовом саду. Так ночью без всякого кондиционера спать было замечательно.
Но для Ларри главными были не практические, а эстетические ценности. Он мечтал, как будет сидеть за печатной машинкой у огромного окна, любоваться морем, а за его спиной Нэнси рисовала бы морские пейзажи. Она была художницей. Поэтому когда он вернулся из Франции, то был страшно зол. Но зимой оценил здравый смысл и предусмотрительность хозяина, логично подумав, что писать с видом на море можно прямо на берегу моря. А то и в самом море, как это показано в многосерийном фильме «Дарреллы».
Кстати, то, что герои фильма там показаны почти нищими, меня дико раздражает. На самом деле по греческим меркам они были очень даже обеспеченными людьми. Да и по британским – среднего достатка. У них в Англии был хороший дом, они продали его перед самым переездом на Корфу, Луиза Даррелл получала пенсию вдовы, а каждому из детей по достижении двадцати одного года причиталась определенная сумма, которую завещал покойный отец.
Каким образом спустил ее старший – Лоуренс, я не знаю, а Джеральд основал на них свою первую экспедицию за дикими животными в Камерун. Сестра Маргарет купила пансион в Англии, а Лесли – утопил! В самом прямом смысле этого слова. На все деньги он купил рыболовецкое судно, оно потерпело крушение во время первого же выхода в море. Лесли вообще был везунчиком.
Но до этого было еще далеко. В свободное время Дарреллы принимали гостей, читали, ходили под парусом и купались. Ларри и Нэнси делали это принципиально нагишом, так как оба были убежденными нудистами. Местные жители их за это, мягко говоря, не любили, а деревенские мальчишки маниакально выслеживали их потайные бухты и забрасывали купальщиков камнями.
Вообще, отношение к семье Дарреллов на острове было неоднозначным. Хотя у них было очень много друзей, большинство представителей британской колонии не уважало их за вольный нрав, беспринципность и «неразборчивость в связях». То есть за дружбу с местным населением и теми представителями богемы, которых в приличном обществе не принимали. Под последними они подразумевали в первую очередь Генри Миллера, только что опубликовавшего скандальный роман «Тропик Рака», запрещенный в Англии и Америке. Это парижское издательство Shakespeare and Company отважилось на публикацию. Оно же работало и с Лоуренсом, выпустив «Келью Просперо», также запрещенную в других странах.
На этом я заканчиваю теоретическую часть повествования и перехожу к нашей встрече с Белой виллой и людьми, которые лично видели Дарреллов. Это был очень волнующий момент! Сентиментальная память, погружение в оживший мир книг детства.
Итак, сегодня едем в Калами. День обещает быть познавательно-полезным, но полотенца и ласты на всякий случай в багажнике лежат. А что, море – оно повсюду. И в Калами купаться можно. Белый дом – это пункт номер один нашей программы. Тут мы были уверены, что если и не заглянем в комнаты Лоуренса Даррелла, то хотя бы на крыльце постоим. Про крыльцо я знаю по фотографиям, я этот дом виртуально в деталях изучила. Белого цвета, маленькие окна с зелеными ставнями, черепичная крыша… Еще мы по дороге хотели заехать в Пераму, где жили Джерри с мамой, сестрой Марго и братом Лесли. Перама находится где-то напротив Мышиного острова. В книге Марго плавала туда на лодке принимать солнечные ванны и бесить одинокого монаха.
После Белой виллы направимся в Кулуру. Просто потому что она рядом с Белой виллой. Никто из Дарреллов там не жил, но они ходили туда купаться. Кстати, от Кулуры рукой подать до албанского побережья, не больше трех-четырех километров по прямой линии. В Албанию мы плыть, конечно, не собираемся, но интересно посмотреть на нее в бинокль. Зря, что ли, его с собой брали?
Ехали медленно, но, тем не менее, умудрились проскочить мимо Перамы, не заметив указателя. А ведь когда мы ездили в Ахиллеон, он там был, я сама видела! Возвращаться и искать деревню было бессмысленным, да и адреса виллы мы не знали. Ее хозяева устали от повышенного внимания со стороны поклонников писателя и ограждают себя от них изо всех сил.
Въехали в столицу и сразу попали в гигантскую пробку. На остров прибыло сразу несколько круизных кораблей, и все дороги теперь забиты десятками экскурсионных автобусов с круизными пассажирами. Больше стояли, чем ехали. Несколько раз капитально нарушив правила, мы каким-то чудом выбрались из пробки и поехали дальше на север.