— Мы всё равно не могли бы спасти всех этим трюком с Дублёрами, — устало пробормотал Сириус. — Кроме Перасперы, никто Дублёра в ближайшие лет пять, а то и больше, сделать не сможет.
Взоры обратились на Богиню.
— Ну, хорошо, — серьёзно сказала она. — Во-первых, я согласна, что Флёр и Белинда, — кивнула она в сторону девушек, — должны заняться изучением артефактов, но не только Камеры Смерти, а вообще всего, что хранится в Отделе Тайн. Может, там найдётся что-нибудь, что нам поможет найти решение всех наших проблем. Дейв, — она кивнула на папу, — поможет с пропусками или даже устроит их лаборантами на полставки. Во-вторых…
Она серьёзно посмотрела на меня, и мне на секунду стало неуютно от её изучающего взгляда, словно лаборант глядит на лягушку перед тем, как её препарировать… Она заметила мой дискомфорт, и сама очнулась, размораживаясь и теплея на глазах.
— У меня пока нет внятного объяснения тому, что произошло сегодня, — сказала Пераспера. — Дублёр не имеет души, в него переселяется лишь частичка души донора, чтобы оживить, и копируется сознание. Тело Алекса сейчас находится на Гриммо, а его душа переселилась в тело Дублёра. Честно говоря, я не могу предсказать, что случилось бы с ним и Дублёром в момент, когда Дублёру выйдет срок, — она тепло мне улыбнулась: — Ты совершенно правильно сделал, оставив его там, а сам придя сюда. Завтра утром снова настанет событие, описанное в пророчестве, и вы опять поменяетесь…
— А что это за событие? — поинтересовалась Нарцисса.
— Я же тебе дал подробное описание, — упрекнул её Сириус.
— Прости, у меня от этих новостей всё в голове смешалось, — сокрушённо покачала она головой.
— Завтра Гарри Поттер вернётся в Хогвартс, — пояснила Богиня. — Ничего экстраординарного, как собственно, и сегодняшняя сцена, которая вдобавок прошла со значительными отклонениями…
— Отклонениями? — оживилась Нарцисса. — Так может…
— Несущественными отклонениями, — мрачно пояснил Сириус. — Я, конечно, деталями был удивлён донельзя, но итог оказался всё тем же. Знаете, что-то вроде собственного видения классического спектакля модным режиссёром — вроде и смешно, но в конце все умерли…
На слове “умерли” в гостиной воцарилась поистине гробовая тишина.
— Во-вторых, — продолжила Богиня, — может оказаться, что само по себе предсказание настолько сильно вплетено в ткань мира, что не выполниться оно не может, — она предупреждающе покачала головой Флёр, которая, похоже, собралась упасть в обморок. — Это не значит, что нам стоит опустить руки, это значит, что нам недостаёт знаний. Мы с Деметрой займёмся исследованиями в этой области и попутно попытаемся привлечь лучших предсказателей…
Нарцисса по-прежнему была не в курсе Сценария и демона. У меня были вполне серьёзные основания опасаться за здоровье последнего, если она узнает, кто записал её чадо в “другую команду”. Она, кстати, о неординарности Драко не забывает ни на минуту.
— Скажи, Перри, — обратилась она к Богине, — не могли бы вы, если вам попадётся способ перманентно превратить мальчика в девочку…
Собственно, как я и говорил.
— Да, конечно, — ответила Пераспера. — Только до окончания Хогвартса вряд ли такое стоит применять…
— Почему? — удивилась Нарцисса.
— Потому, что в предсказании он везде мальчик, и живёт с мальчиками в одной комнате, — пояснила Богиня.
Нарцисса понимающе кивнула. Папа кашлянул в кулак, собираясь взять слово.
— Пераспера мне сказала, что готова изготавливать Дублёра Алексу каждый месяц, — сказал он. — Это означает, что он сможет снизить нагрузки и перестать пользоваться Маховиком Времени. Алекс будет в Хогвартсе, как ему написано в предсказании, а Дублёр с Сириусом останутся здесь. Пераспера будет учить его магии, а мы с Сириусом — сражаться. Единственное, что способ доставки на место ритуала пока не продуман, но у нас ещё есть три недели, чтобы уточнить детали.
Сириус даже не нашёл в себе сил, чтобы кивнуть отцу в подтверждение его слов.
— Крёстный, — позвал я его, кивая в сторону библиотеки. — На два слова.
Он так же молча поднялся и пошёл со мной. Я плотно прикрыл за нами дверь и наложил Муффлиато. Он сел на кожаный диван и уставился на пальцы сцепленных рук. Я пытался придумать, как мне начать разговор, чтобы он не закончился поркой.
— Говорил я вам, — сказал он, избавив меня от необходимости подбирать слова. — А вы не послушали. Ты что, не понял, что имела в виду Пераспера? — тут он закатил глаза и мечтательно причмокнул, пробормотав себе под нос: — Перри!
Я хмыкнул.
— Что? — подозрительно спросил он.
— То, — ответил я. — Вот, поэтому я и не верю в это горе, которое написано на твоём лице. Потому, что ты и сейчас продолжаешь думать лишь о юбках и ножках, под этими юбками скрытых…
— Никакого уважения к старшим, — покачал он головой. — Вот, помню я в твоё время…
— Расскажи мне, — предложил я, тоже усаживаясь поудобнее и приготовившись слушать.
— Да ну тебя, — махнул он рукой. — Пераспера говорила о том, что в Сценарии есть ключевые события и действия, без которых никак нельзя. Вот, к примеру, если бы не был Гарри в Сценарии спесивым лентяем и лоботрясом…
