— Они и не вступят! — усмехнулась Жаклин.
— Может, это из-за ниточек, прикреплённых к их рукам? — спросила Астория. — А может те же Билл Уизли или Джинни вовсе не будут гореть желанием, но послушные вашей воле будут вынуждены?
— Это глупый разговор, — махнула рукой Жаклин. — Все Уизли — настоящие Герои. Все слизеринцы — подлецы и мерзавцы!
— А я, между прочим, тоже совсем не хочу, чтобы меня отдали мерзавцу, — напомнила Астория. — Которого вы ни с того ни с сего решили простить. Это тоже глупый разговор? Спросите сына, которому отнесёте этот подарок. Или внука?
— Амелия Боунс, — напомнил я. — Дублёру осталось восемь дней.
— Тут, понимаешь, простор для манёвра отсутствует, — грустно сказал Дима. — Было же уже произнесено, что Дублёр должен умереть.
— Мы тогда не знали, что Дублёр и Оригинал по произволу Сценария могут меняться местами, — вкрадчиво напомнил я. — И до сих пор не знаем, каков эффект подобной подмены…
— Это рояль, Алекс, — хмуро ответил он. — И так слишком много…
— Что такого плохого в том, что вы называете “роялем”? — легкомысленно встряла Жаклин. — Автор в своей книге царь и бог. Как напишет — так и будет!
— Представляешь, — подмигнул я Диме, — чувствует Дублёр Амелии, что конец уже близок…
— И тут прилетает птичка с волшебным мечом в клюве… — подхватил он.
— И она делает этим мечом себе сеппуку от осознания того, в какой дешёвый водевиль она попала! — рассмеялась Астория.
— Ну и что такого? — надула губы Жаклин. — Пусть это будет не птица, а Единорог… и она окажется в лесу… а Единорог принесёт ей Четвёртый Дар Смерти…
— Электрическое пианино Ямаха! — предложил я. — Чёрное с белыми клавишами!
— Она на нём что-нибудь сыграет безо всякого слуха, и Единорог её сам убьёт! — кивнула Астория. — Из милосердия.
— Нет, я серьёзно, — обиделась Жаклин. — Вы же сами хотите её спасти — мне то это совсем не нужно!
— Я знаю, — кивнул я. — Иначе бы вы её не убили парой строчек текста.
— Это второстепенное событие, не влияющее на основное повествование, — отмахнулась миссис Боулинг.
— Это человек, — возразил я. — Как и Сириус. Как и Лестрейндж, и Волдеморт…
— Ну, не Волдеморт уж точно, — покачал головой Дима.
— Ну да, он же лич по твоей классификации, — усмехнулся я.
— Именно, — кивнул Дима. — Поднятая нежить, питающаяся жизненной силой своих жертв.
— А если воспользоваться Аркой? — предложил я. — Она вроде как исцеляет…
— Но Беллатрикс же погибла, — напомнил он.
— Да, но никто не видел, как! — сказал я. — Никто не знает, растеклась ли она лужей или…
— Ну, погоди, — задумался он. — Если предположить, что у вас с Дублёром на двоих одна душа… и она как бы размазана между вами. Её Оригинала не стало, и при проходе через Арку она воссоздаст Оригинал для того, чтобы вместить душу…
— Не получится, — вздохнул я. — Было бы красиво, но средство должно быть одноразовым!
— Почему, не понимаю! — вмешалась Жаклин.
— Потому, что это рояль, — пояснил я.
— Точно, — согласился Дима. — Но ведь тот способ, что на данный момент выходит, тоже рояль…
— Что за способ? — не поняла Астория и стала крутить головой. — О чём вы?
— Чтобы уберечь кого-то от Сценария, мы будем усыплять его с помощью Живой Смерти, а Сценарию будем подсовывать кого-то другого под личиной спасаемого, — пояснил я.
— Надо же, — прищурилась Жаклин. — Алекс Паркинсон будет решать, кому жить, а кому умереть! Готова поспорить, что ты уже нашёл, кого ты разменяешь на Долорес Амбридж!
Меня словно по голове ударило, и я ошарашенно уставился на неё. Точно, я же как раз думал, что с удовольствием посмотрю, как с ней, нелепо размахивая во все стороны палочкой, разделается Молли, принявшая её за Беллатрикс. И вправду, я сам решил поиграть в бога! Нет, я безусловно желаю смерти этой гадине… но не ценой собственной души! Самое обидное было, кто мне этим в глаза ткнул. Демон в расстройстве уселся на стул и повесил голову, облокотившись на колени.
— Эй, — тихо позвал я Астория, которая, понурившись, напряжённо кусала губу. — Я не такой, Аська! Ничего такого не будет!
— А что делать? — тихо ответила она. — Нам же нужно их всех спасти! Сколько там народу, сам подумай! Даже когда я смогу маме помочь, всё равно и втроём мы не сможем произвести столько Дублёров!
— Что люди умрут, вы сами решили, Жаклин, — спокойно заметил Дима. — Конечно, они для вас были лишь именами в книге… Как для меня таким именем был Гарри Поттер. Алексу, разумеется, тяжело будет, но он справится…
— Взрослые могут сами всё решить, — воскликнула Астория.
— Всё равно последнее слово будет за Алексом, — покачал головой Дима. — Пойми, это его мир, и ему решать!
— Страсти какие! — восторженно произнесла Жаклин. — Будто в театр кабуки попала! Хорошо, давайте сделаем так… Вы найдёте способ, как вернуть кого-то с другой стороны Арки, а я… А я публично вырву последние две страницы своей книги и объявлю их бредом.
— Понятно, — сказал я, разглядывая её.
— Что не так? — поёжилась от моего взгляда Жаклин.
— Что же вы не договорили? — усмехнулся я. — Это же не всё, чего вы хотите, не правда ли?
— Ну, не всё, — неохотно признала она.
