Как секретарь, Аэрис был привилегированным рабом. Правда, никто не запрещал ему, как раньше, выходить из комнаты, а завтракал и ужинал он вместе с остальными слугами. Сначала они явно чувствовали себя скованно в присутствии демона, а кое-кто даже втихаря складывал пальцы во вроде бы защитные жесты. Но Далласа явно либо видела демонов раньше, либо просто спокойно относилась. Вслед за ней притихли и остальные.
Аэрис быстро уяснил, что именно Миледана — хозяйка дома. К ней шли слуги, она распределяла деньги и даже командовала стражей. Лира не интересовали домашние заботы, а Кэр слишком редко бывал дома. Жены у него не было, и Аэрис не знал, была ли она когда-либо.
Следующие недели Аэрис не видел Кэраха, слышал только, что господин бывал в доме, но больше беседовать с демоном не собирался. Лирмалис выздоравливал, но его Аэрис видел только пару раз в саду, где тот распинал слуг.
Зато с Миледаной Аэрис проводил большую часть дня. Она не спрашивала у него о доме или демонах — но знала достаточно. Куда больше госпожу интересовала его память и навыки.
Основную часть времени она, правда, пыталась научить Аэриса писать — не очень успешно. Он испуганно сжимался, когда она злилась, не скрывая эмоций, и однажды Миледана спросила:
— Да Бездна! Чего ты так боишься?
— Госпожа вправе наказывать раба.
— Еще как вправе. И накажу, если не будешь слушать. Но сейчас зачем? Ты не станешь от этого лучше понимать нашу письменность.
Аэрис удивился. Ему казалось само собой разумеющимся, что его будут наказывать, если что-то не выходит. Пусть даже он старается. Как говорил один из хозяев, «значит, недостаточно пытаешься».
— Расправь плечи, — приказала Миледана. — Секретарь не должен быть забитым. Ошейник секретаря — знак того, что он принадлежит определенному роду. А не то, что его можно бить, когда заблагорассудится.
— Мне… сложно к этому привыкнуть.
— Придется.
Миледана положила руки на плечи Аэриса и несильно, но настойчиво нажала, расправляя. Ее духи пахли воздушными цветами и росой.
Она вздохнула:
— Раб для удовольствий — показатель статуса. И отличная игрушка, так что люди их покупают… своеобразные. Не удивлена, что тебе не везло с хозяевами.
— А вам не нужен статус? — осторожно спросил Аэрис. И снова сжался, боясь, что за дерзость его все-таки накажут.
Миледана приподняла брови:
— Мой отец оставил достаточное состояние, чтобы я была богатой невестой. Мой брат — кахъяс, приближенный императора. Ты думаешь, мне нужно что-то еще для статуса?
Она снова уселась на место и подвинула к Аэрису буквы:
— Да и секретарь-демон — тоже отличный показатель.
Слова никак не давались Аэрису. Его народ не пользовался ничем подобным, но Миледана не сдавалась. Хотя большую часть времени она учила Аэриса вовсе не писать, а вести себя.
— Рабам не положено оружие, рабов многие считают тенями, — говорила Миледана. — А значит, ты можешь слушать и слышать многое из того, что не доступно мне. Но ты больше не раб для наслаждений.
Если с тем, чтобы не поднимать головы в присутствии господ у Аэриса проблем не возникало, то нашлись с его неспособностью задавать вопросы и вести себя непринужденно.
Первое время Миледана проводила либо с Аэрисом, либо в комнате Лира. Но когда лекари разрешили тому покидать постель, он слонялся по всему дому, явно маясь от безделья.
Однажды жарким днем Миледана сидела в саду вместе с Аэрисом. Устроившись в траве, госпожа прикрыла глаза и слушала, как Аэрис пересказывал легенду, которую Миледана зачитывала ему накануне.
— Неплохо, — сказала она наконец. — Память у тебя превосходная, но будем тренировать еще.
Тогда их и нашел Лирмалис, бесцеремонно плюхнувшись в траву и охнув от боли.
— Аккуратно, — встревоженно сказала Миледана.
— Да ерунда, лекарь говорит, скоро буду в порядке.
Он положил голову на колени сестре и с интересом посмотрел на Аэриса:
— Как успехи?
— Отличное запоминание, но с чтением и письмом придется потрудиться.
— Видишь, мой подарок все-таки пришелся к месту!
Аэрис покорно сидел, опустив голову. То, что его обсуждали, будто покупку вазы или нового стола — это было привычно и понятно.
— Завтра я пойду с тобой в церковь! — заявил Лир сестре.
— Лекарь позволит?
— Сказал, если не верхом, то можно. Кажется, я его достал.
В последних словах мелькнуло что-то вроде смущения, Миледана улыбнулась и взъерошила волосы брата. Аэрис не знал, на сколько он младше, но сейчас, в ярком солнечном свете, бледный Лир казался совсем юным. Хотя Аэрис очень плохо различал человеческий возраст.
В церковь Миледана ходила по вечерам, несколько раз в неделю. Аэрис понятия не имел, как выглядят местные храмы и уж тем более, что внутри — он знал, что как демон считается воплощением тьмы, иноземной магии, противной местным богам.
Один из хозяев Аэриса был крайне набожным человеком. Что не помешало ему подарить демона для наслаждений своей дочери: Аэрис должен был подготовить ее к замужеству с каким-то важным вельможей.
