Через несколько дней Майский снова докладывал о своей беседе с Батлером, который заявил: едва ли можно ожидать, что СССР нападет на Финляндию, так как советские руководители "слишком умны и не пойдут на такие грубые и опасные методы для достижения своих целей. Однако если бы СССР все-таки напал на Финляндию, Англия не стала бы воевать из-за этого с СССР"53. Майский встречался также с британским министром иностранных дел Галифаксом, разговор в значительной части касался и советско-финских переговоров. По словам министра, он не один раз указывал финскому посланнику в Лондоне на необходимость для Финляндии не быть "неразумной" в переговорах с СССР. Одновременно Галифакс настойчиво выражал надежду, что советско-финский конфликт будет разрешен добрососедски54.
Как отмечалось, в Москве знали и об официальных настроениях в Вашингтоне, в частности из послания Ф. Рузвельта М.И. Калинину.
Итак, примерно к 20 ноября советское руководство приняло решение об осуществлении военной акции против Финляндии. Возникает естественный вопрос: что лежало в основе такого решения и почему Сталин был готов пойти на такой шаг? В общем плане Сталин действовал в контексте договоренностей с Германией о разделении сфер интересов, согласно которым Финляндия попадала в советскую сферу. Уже имелся опыт реализации договоренности в отношении восточной части Польши и республик Прибалтики. В Москве были уверены, что хотя Финляндия имела для Германии большое значение, последняя не станет противодействовать советским намерениям.
Важной для советских руководителей была позиция Англии и Франции. В Москве считали ситуацию весьма благоприятной, поскольку шла война между Германией и англо-французским блоком. Многочисленные послания советских послов из Лондона, Парижа и других стран убеждали советских лидеров, что англо-французское вмешательство практически невероятно. Позднее, уже после зимней войны, выступая на совещании в ЦК ВКП(б) по итогам войны, Сталин говорил о благоприятной международной обстановке для финской кампании — война на Западе, где "три самые большие державы вцепились друг другу в горло. Когда же решать вопрос о Ленинграде, если не в таких условиях, когда руки (этих держав. — А.Ч.) заняты и нам предоставляется благоприятная обстановка, чтобы их в этот момент ударить"55.
Существует весьма важный вопрос о том, как далеко шли советские планы в отношении будущего Финляндии. Скорее всего, первоначально в Москве намеревались точно следовать прибалтийскому примеру — получить ключевую военную базу в Финском заливе, расширить территорию на Карельском перешейке, разместить там небольшие контингента войск, а затем в удобный момент попытаться решить и более широкую задачу о смене режима в Финляндии, возможно, путем изменений в составе финского правительства. И все это мыслилось осуществлять, используя войну между Германией и англофранцузским блоком. Именно характер этой войны, когда обе стороны не предпринимали активных военных действий, сохраняя некое равновесие сил, позволял СССР решить задачу "освоения" территорий, принадлежащих ранее России.
Одновременно в Кремле, очевидно, учитывали и еще одно обстоятельство. Как раз в октябре из Берлина последовало предложение о мирных переговорах. Всем было ясно, что это было чисто пропагандистское заявление, сразу же отклоненное Лондоном. И все же постоянные опасения о возможности соглашений между "империалистическими странами" заставляли советских лидеров спешить реализовать свои намерения и планы, согласованные с Германией, поскольку в случае мирных переговоров немцы могли и воспрепятствовать этому. В Москве связывали решение финского и прибалтийского вопросов с обеспечением большей безопасности СССР в обстановке войны в Европе. Стремясь удерживать страны Прибалтики и Финляндии вне конфликта и создавая там советские военные базы, Советский Союз укреплял свои позиции в этом регионе, усиливал влияние на севере Европы в целом, ограничивая сферу действий и активности западных держав и Скандинавских стран. Решив пойти на применение военной силы, в Москве, видимо, также рассчитывали продемонстрировать военные возможности СССР, причем перед обеими враждующими группировками, включая и Германию.
В сложившейся ситуации Сталин, видимо, посчитал возможным ускорить события и добиться реализации не только советских требований, предъявленных Финляндией, но и другой задачи, связанной со сменой власти внутри Финляндии. Для этой цели и было решено использовать силы компартии в самой Финляндии и финских коммунистов, проживавших в Советском Союзе и работавших в Коминтерне.
