Интерпретация: Общие налоговые поступления (все налоги, сборы и социальные взносы вместе взятые) составляли менее 10 процентов национального дохода в богатых странах в XIX веке и до Первой мировой войны, затем резко возросли с 1910 по 1980 год, после чего стабилизировались на уровне, который варьировался в зависимости от страны: около 30 процентов в США, 40 процентов в Великобритании и 45-55 процентов в Германии, Франции и Швеции. Источники и серии: piketty.pse.ens.fr/ideology.
Многие исследования показали, что рост фискального государства не препятствовал экономическому росту (этот факт хорошо виден на рис. 10.14). Более того, наоборот: фискальное государство сыграло центральную роль в модернизации и развитии экономики в Европе и США в течение ХХ века. Новые налоговые поступления финансировали расходы, необходимые для развития, включая (по сравнению с прошлым) масштабные и относительно эгалитарные инвестиции в здравоохранение и образование и социальные расходы на борьбу со старением населения (например, пенсии) и стабилизацию экономики и общества во время рецессии (посредством страхования по безработице и других социальных трансфертов).
Если усреднить данные по различным европейским странам, то окажется, что увеличение налоговых поступлений в период с 1900 по 2010 год почти полностью объясняется ростом социальных расходов на образование, здравоохранение, пенсии и другие трансфертные и замещающие доходы выплаты (рис. 10.15). Отметим также исключительную важность периода 1910-1950 годов в изменении роли государства. В начале 1910-х годов государство поддерживало порядок и обеспечивало соблюдение прав собственности как внутри страны, так и за рубежом (и в колониях), как оно это делало на протяжении всего XIX века. Регальные расходы (на армию, полицию, суды, общее управление и базовую инфраструктуру) поглощали почти все налоговые поступления: примерно 8 процентов национального дохода из общих поступлений в 10 процентов, а все остальные расходы вместе взятые составляли менее 2 процентов национального дохода (из которых менее 1 процента шло на образование). К началу 1950-х годов в Европе уже существовали основные элементы социального государства, когда общие налоговые поступления превышали 30 процентов национального дохода, а расходы на образование и социальную сферу составляли две трети от общей суммы, вытесняя доминировавшие ранее царские расходы. Эти потрясающие перемены стали возможны только благодаря радикальной трансформации политико-идеологического баланса сил в период 1910-1950 годов, когда войны, кризисы и революции выявили пределы саморегулируемого рынка и показали необходимость социальной интеграции экономики.
Интерпретация: В 2015 году фискальные поступления составили 47% национального дохода в среднем по Западной Европе и были потрачены следующим образом: 10% национального дохода на регальные расходы (армия, политика, правосудие, общее управление и базовая инфраструктура, например, дороги); 6% на образование; 11% на пенсии; 9% на здравоохранение; 5% на социальные трансферты (кроме пенсий); 6% на другие социальные расходы (жилье и т.д.). До 1914 года регальные расходы поглощали почти все налоговые поступления. Примечание: Представленная здесь эволюция является средней по Германии, Франции, Великобритании и Швеции (см. рис. 10.14). Источники и серии: piketty.pse.ens.fr/ideology.
Отметим также, что в период 1990-2020 годов тенденция к росту расходов на пенсии и здравоохранение в условиях старения населения и замораживания общих налоговых поступлений неизбежно привела к зависимости от долга в сочетании со стагнацией (или даже небольшим снижением) государственных инвестиций в образование (рис. 10.15). Это парадоксально в то время, когда так много говорят об экономике знаний и важности инноваций, а все большая часть каждой последующей возрастной когорты получает доступ к высшему образованию (что само по себе прекрасно, но может повлечь за собой огромные человеческие потери и колоссальное социальное разочарование при отсутствии надлежащего финансирования). Я вернусь к этому вопросу позже, когда буду обсуждать неадекватность социал-демократического ответа на этот фундаментальный вызов.
