Помимо выбора индексов, наиболее важным вопросом для измерения неравенства, очевидно, является наличие источников. Единственный способ получить полное представление о неравенстве - это сравнить различные источники (включая национальные счета, обследования домохозяйств и налоговые данные), которые проливают дополнительный свет на различные сегменты распределения. Опыт показывает, что фискальные данные, хотя и весьма несовершенны, обычно значительно улучшают качество измерения, корректируя данные в верхней части распределения (которые обследования всегда сильно занижают). Это верно даже в тех странах, где фискальные органы не располагают средствами для борьбы с мошенничеством и где данные о подоходном налоге являются рудиментарными. Например, как мы видели в главе 12, несмотря на то, что налоговые данные в России и Китае являются крайне неполными и неудовлетворительными, мы смогли использовать эту информацию для существенного пересмотра в сторону повышения официальных показателей неравенства (основанных исключительно на опросах), что позволило получить более правдоподобные (хотя, вероятно, все еще заниженные) оценки. В Индии и Бразилии, благодаря помощи многих исследователей, граждан и журналистов, правительства и агентства недавно согласились открыть ранее недоступные записи, и это пополнило наши знания о неравенстве доходов в этих странах. Аналогичным образом, недавняя работа по Ливану, Берегу Слоновой Кости и Тунису показала, что использование налоговых данных привело к значительному улучшению ранее доступных показателей неравенства. Во всех этих странах данные из текущих отчетов о подоходном налоге - хотя и несовершенные и не учитывающие тот факт, что большая часть доходов, вероятно, не облагается налогом - привели к существенному пересмотру в сторону повышения официальных показателей неравенства . Таким образом, должно быть ясно, что широко используемые официальные показатели, основанные, как это часто бывает, на самодекларируемых опросах домохозяйств, в значительной степени занижают неравенство, и это систематическое искажение может существенно исказить общественные дебаты.
Использование налоговых источников, пусть и несовершенных, может также выявить плохое исполнение налогового законодательства и неэффективность его применения. Таким образом, исследования могут вооружить общество инструментами для мобилизации и требования более эффективного исполнения налогового законодательства. Возьмем, к примеру, Китай. Если бы власти опубликовали данные о количестве налогоплательщиков в каждой категории доходов, в каждом городе и из года в год, с подробной информацией об источниках доходов тех, кто находится в самых высоких категориях, то, несомненно, можно было бы бороться с коррупцией более эффективно, чем с помощью методов, используемых в настоящее время. Фискальная прозрачность связывает измерение неравенства с задачей политической мобилизации людей для преобразования правительства.
К сожалению, давления на правительства и налоговые органы с целью заставить их открыть свои налоговые записи недостаточно для решения всех проблем. Существует еще одна проблема: эволюция международной фискальной и правовой системы также снизила качество имеющихся данных. Свободная циркуляция капитала в сочетании с отсутствием адекватной международной координации по вопросам налогообложения (и особенно отсутствием каких-либо требований по обмену информацией о трансграничном владении активами) привела к тому, что некоторые страны, особенно в Европе, приняли специальные льготные правила налогообложения доходов от капитала (например, системы плоского налога). На практике это привело к ухудшению качества источников, позволяющих связать трудовые доходы индивида с его доходами от капитала. Такое обеднение европейских источников не предвещает ничего хорошего в отношении того, что может произойти в менее богатых странах. Сложность измерения неравенства доходов только усугубляется, когда дело доходит до измерения неравенства богатства, о котором известно еще меньше, как мы увидим в ближайшее время.
Социальная справедливость, климатическая справедливость
