Что касается западных демократий, основной вывод заключается в том, что результаты, полученные для Великобритании, США и Франции, отражают гораздо более общую эволюцию. Во-первых, мы обнаруживаем, что обратный ход образовательного раскола произошел не только в трех уже изученных странах, но и в германских и скандинавских странах, составляющих историческое сердце социал-демократии: Германии, Швеции и Норвегии (рис. 16.1). Во всех трех странах политическая коалиция, ассоциировавшаяся с рабочей партией в послевоенные десятилетия (которая добилась особых успехов среди более скромных избирателей), стала партией образованных в конце двадцатого и начале двадцать первого века, достигнув самых высоких показателей среди тех, кто получил высшее образование.
В Германии, например, мы обнаружили, что в период 1990-2020 годов голоса за Социал-демократическую партию (СДПГ) и другие левые партии (особенно Die Grünen и Die Linke) были на 5-10 пунктов выше среди высокообразованных избирателей, чем среди менее образованных, тогда как в период 1950-1980 годов этот показатель был примерно на 15 пунктов ниже. Чтобы сделать результаты максимально сопоставимыми во времени и пространстве, я сосредоточусь здесь на разнице между голосованием 10% наиболее дипломированных избирателей и 90% наименее дипломированных (после контроля других переменных). Заметим, однако, что, как и во французском, американском и британском случаях, тенденции схожи, если сравнивать избирателей с высшим образованием и без него или 50 процентов наиболее образованных и 50 процентов наименее образованных, как до, так и после контроля других переменных. В случае с Германией отметим, что амплитуда обратного изменения образовательного раскола почти идентична той, что наблюдается в Великобритании (рис. 16.1). Отметим также роль, которую сыграло появление "зеленых" (Die Grünen) в формировании немецкой траектории. Начиная с 1980-х годов, экологическая партия привлекла значительную долю высокообразованных избирателей. Тем не менее, если сосредоточиться исключительно на голосовании за СДПГ, то можно наблюдать обратное изменение образовательного раскола (хотя и менее выраженное в конце периода). В целом, хотя институциональная структура партий и фракций сильно различается от страны к стране, как мы видели при сравнении Франции с США и Великобританией, поразительно видеть, насколько ограничено влияние этих различий на основные тенденции, которые нас здесь интересуют.
Интерпретация: В период 1950-1970 годов за демократов в США и за различные левые партии в Европе (рабочую, социал-демократическую, социалистическую, коммунистическую, радикальную и экологическую) голосовали больше менее образованных избирателей; в период 2000-2020 годов - больше более образованных избирателей. В странах Северной Европы изменения произошли позже, но в том же направлении. Примечание: "1950-59" включает выборы с 1950 по 1959 год, "1960-69" - с 1960 по 1969 год и так далее. Источники и серии: piketty.pse.ens.fr/ideology.
В Швеции и Норвегии политизация классового раскола в послевоенный период резко выделяется. В частности, с 1950 по 1970 год голоса социал-демократов среди 10 процентов наиболее высокообразованных избирателей были на тридцать-сорок пунктов ниже, чем среди остальных 90 процентов. Для сравнения, этот же разрыв составлял порядка пятнадцати-двадцати пунктов в Германии и Великобритании и десять-пятнадцать пунктов во Франции и США (рис. 16.1). Это показывает степень, в которой скандинавские социал-демократические партии были построены на исключительно сильной мобилизации рабочего класса и лиц подсобного труда. Кроме того, эта мобилизация была необходима для преодоления особенно сильного имущественного неравенства, сохранявшегося в двадцатом веке (особенно в Швеции, где избирательная система взвешивала голоса пропорционально богатству); она привела к созданию необычайно эгалитарных обществ в послевоенный период. Тем не менее, и в Швеции, и в Норвегии мы наблюдаем эрозию этой электоральной базы, которая начинается в 1970-х годах и продолжается на протяжении всего периода 1990-2020 годов. Менее образованные избиратели постепенно отдают свое доверие социал-демократам, которые к концу периода набирают самые высокие показатели среди высокообразованных. Конечно, по сравнению с тем, что мы наблюдаем в США и Франции и в меньшей степени в Великобритании и Германии, в Швеции и Норвегии социал-демократы действительно лучше голосовали среди малообеспеченных слоев населения. Но основная тенденция, которая наблюдается во всех странах уже более полувека, явно одинакова.
