Подведем итоги: По сравнению с очень высокой концентрацией доходов и богатства, наблюдавшейся в XIX веке и до 1914 года, в период 1950-1980 годов неравенство доходов и богатства упало до исторически низкого уровня. Отчасти это было вызвано потрясениями и разрушениями периода 1914-1945 годов, но более важной причиной изменений стала масштабная критика, которой подверглась доминирующая собственническая идеология XIX и начала XX века. В период с 1950 по 1980 годы были созданы новые институты, социальная и фискальная политика, направленные на снижение неравенства: это смешанная государственно-частная собственность, социальное страхование, прогрессивные налоги и так далее. В этот период политические системы всех западных демократий были построены вокруг "классового" конфликта между левыми и правыми, а политические дебаты были сосредоточены на перераспределении. Социал-демократические партии (в широком понимании - Демократическая партия в США и различные коалиции социал-демократических, рабочих, социалистических и коммунистических партий в Европе) черпали свою поддержку в основном у социально ущемленных классов, в то время как правые и правоцентристские партии (включая республиканцев в США и различные христианско-демократические, консервативные и консервативно-либеральные партии в Европе) черпали свою поддержку в основном у социально обеспеченных слоев населения. Это происходило независимо от того, какой аспект социальной стратификации - доход, образование или богатство - рассматривался. Эта классовая структура политического конфликта стала настолько распространенной в послевоенные десятилетия, что многие люди стали считать, что никакая другая форма политической организации невозможна и что любое отклонение от этой нормы может быть лишь временной аномалией. В действительности, эта классовая лево-правая структура отражала конкретный исторический момент и была продуктом конкретных социально-экономических и политико-идеологических условий.
Во всех изученных странах за последние полвека эта лево-правая система постепенно разрушилась. В некоторых случаях названия партий остались прежними, как в Соединенных Штатах, где ярлыки "демократ" и "республиканец" сохранились, несмотря на их бесчисленные метаморфозы. В других странах партии иногда обновляли свою номенклатуру, как, например, во Франции и Италии в последние десятилетия. Но независимо от того, изменились названия или остались прежними, структура политических конфликтов в западных демократиях в 1990-2020 годах уже не имеет много общего с той, что была в период 1950-1980 годов. В послевоенный период левые на выборах везде были партией рабочих, но в последние десятилетия они стали партией образованных ("браминские левые"): чем образованнее избиратель, тем больше вероятность проголосовать за левых. Во всех исследованных странах менее образованные избиратели постепенно перестали голосовать за левые партии, что привело к полному изменению образовательного раскола; те же избиратели резко сократили свое участие в политическом процессе. Когда развод такого масштаба происходит в столь многих странах в результате длительного процесса, продолжающегося шесть десятилетий, становится ясно, что происходит нечто реальное и что это нельзя объяснить каким-то досадным недоразумением.
