Разрешение упомянутого выше противоречия в рамках «классического капитализма» невозможно. Нужно выйти за пределы «промышленно развитых стран» и получить необходимые средства из неэквивалентного обмена с «периферией». Что и делается. Известный американский социолог И. Валлерстайн (который как раз и предложил деление капитализма на «ядро» и «периферию») эту мысль выражает так: «Если с 1945 по 1990 год для поддержания высокого уровня дохода 10 процентов нашего населения нам приходилось постоянно эксплуатировать других 50 процентов, вообразите, что понадобится для поддержания 90 процентов нашего населения на довольно высоком уровне дохода! Потребуется еще большая эксплуатация, и это наверняка будет эксплуатация народов “третьего мира”»83. Что, собственно, и имеет место.
В результате часть прибавочной стоимости, извлекаемой капиталистами «ядра» из «третьего мира», идет на предметы роскоши для «своих» рабочих. А уж на «периферии» рабочие пусть удовлетворяют свои общественные потребности как сумеют. Но ведь и там капитализм приводит к разрушению «традиционного общества», а средства на компенсацию потерь взять уже неоткуда – не всегда удается обеспечить удовлетворение хотя бы индивидуальных потребностей. Поэтому в других («общинных» или «традиционных») цивилизациях попытки введения «демократии» и «свободы» на западный манер (т.е. в таком виде, в каком их понимают в индивидуализированном западном обществе) приводит к нарушению жизненно важного удовлетворения общественных потребностей большинством населения. Удовлетворять же их так, как это делается на Западе, люди здесь не могут (и не смогут) уже хотя бы потому, что эти регионы играют различную роль во всемирной капиталистической организации. (Это не говоря уж о том, что сама индивидуализация западного общества как необходимое условие «свободы» и «демократии» в их западном понимании была в свое время результатом тяжелейших процессов Реформации с массовыми жертвами.) Соответственно возрастает напряженность, развивается «терроризм», «фундаментализм», растет ненависть к Западу (прежде всего антиамериканизм), появляется масса других «прелестей», генерируемых именно этим обстоятельством. И поделать с данными явлениями в рамках капиталистической системы ничего нельзя, ибо они суть следствия действия присущих ей имманентных законов.
Но чтобы обеспечить указанную ситуацию, необходимо принять определенные меры для разделения «своих» и «чужих» рабочих. В результате этих мер в настоящее время ситуация в капиталистическом мире качественно изменилась. Имея в виду весь этот мир в целом, можно сказать, что в нем исчезло то главное, что раньше определенным образом объединяло рабочих и капиталистов в их взаимодействии свободный рынок труда.
Характер рыночных отношений является одним из важных моментов, характеризующий современный капитализм. Рынок существовал и до капиталистического производства. Но когда сейчас говорят о «рыночной экономике», то имеют в виду рынок как базу производства именно капиталистического. На рынке реализуются производимые товары. Но главное именно для капиталистического рынка в другом. «Каковы бы ни были общественные формы производства, рабочие и средства производства всегда остаются его факторами. … Для того, чтобы вообще производить, они должны соединиться» (24, 44). При капиталистическом способе производства это соединение как раз и обеспечивает капиталистический рынок в его классическом понимании.
Капиталистическое производство предполагает наличие свободных рабочих, готовых продавать свою рабочую силу, а также средств производства, к которым эта рабочая сила может быть приложена в процессе производства товара (производительное потребление). Чтобы осуществить производительное потребление и того, и другого «капиталист извлекает предметы потребления с собственно товарного рынка и с рынка труда» (24, 49). То есть капиталистический рынок состоит из двух рынков: рынок товаров и рынок рабочей силы (рынок труда), равно необходимых для осуществления капиталистического производства, а следовательно, равно определяющих его характер как такового, поскольку именно в совокупности они и составляют капиталистический «свободный рынок».
