Любое общество, как все более организующаяся (т.е. уменьшающая внутреннюю энтропию) система, неизбежно должно «выносить» энтропию за свои пределы в окружающую среду, порождая все возрастающие экологические проблемы. В обществе же классовом, в том числе в капиталистическом мире, «построенном» в виде концентрических сфер, это «вынесение» происходит «послойно», т.е. из господствующей социальной группы через угнетенную. По мере развития капитализма господствующая группа растет, что соответственно меняет состав «периферии» (точнее, характер окружающих эту группу социальных слоев). В настоящее время речь уже должна идти о больших социальных группах («цивилизациях»), одна из которых в конечном счете составляет «ядро», а остальные «периферию» во всемирном масштабе. В результате господствующие социальные группы сначала «выносят» указанную энтропию (если не всю, то значительную ее часть) из «ядра» в «периферию», и только затем она направляется в окружающую среду.
На этапе «классического» капитализма разделение на «ядро» и «периферию» преимущественно шло экономическими методами, а ограбление мира – преимущественно внеэкономическими. На этапе же империализма, наоборот, ограбление идет преимущественно экономическими методами, зато разделение – преимущественно методами внеэкономическими. Но в обоих случаях ни о «свободном рынке» в его классическом понимании, ни о господстве закона стоимости как об основе функционирования капитализма и речи быть не может – это всего лишь частные общественные механизмы, действующие в определенных условиях и наряду с другими.
Исходя из изложенного можно было бы полагать, что основное противоречие капитализма не исчезло, что оно просто переместилось из отношений между капиталистами и рабочими «ядра» в отношения между теми же капиталистами и рабочими «периферии» (которое, разумеется, имело место и раньше, но казалось просто частью более общего отношения всемирного противостояния рабочих и капиталистов). Отмечая это явление, И. Валлерстайн писал: «Я думаю, Маркс оказался прав в одном из самых скандальных своих прогнозов, от которого впоследствии открестились сами марксисты. Эволюция капитализма как исторической системы действительно ведет к поляризации и к абсолютному, а не только относительному обнищанию большинства»85.
Однако верность данного наблюдения не делает ситуацию аналогичной (даже с соответствующими коррективами) той, которая существовала во времена Маркса. Если бы речь могла идти только о противостоянии рабочих и капиталистов в мировом масштабе, то все то, что было сказано относительно мировой коммунистической революции, оказалось бы верным, хотя и «сдвинутым» определенным образом во времени и пространстве. Но в том-то и дело, что вследствие изложенных выше причин противоречие между трудом и капиталом из социального противостояния между рабочими и капиталистами отдельных стран (которое общность социальных интересов и тех, и других делала интернациональным), в настоящее время все больше трансформируется в принципиально всемирное противостояние между империалистическими и всеми остальными странами мира. В известной степени нынешнее положение можно сравнить с тем, которое имел в виду К. Каутский, говоря о так называемом «ультраимпериализме»86.
Хорошо известна яростная полемика Ленина против Каутского по этому вопросу. В принципе Ленин не возражал против того, что, возможно, «усиливающееся международное переплетение различных клик финансового капитала … поставит на место борьбы национальных финансовых капиталов между собою общую эксплуатацию мира интернационально-объединенным финансовым капиталом»87. «Рассуждая абстрактно-теоретически, – писал он, – можно прийти к выводу, к которому и пришел … Каутский, именно: что не очень далеко уже и всемирное объединение этих магнатов капитала в единый всемирный трест, заменяющий соревнование и борьбу государственно-обособленных финансовых капиталов интернационально-объединенным финансовым капиталом»88. Но, тем не менее, Ленин считал, что к такому выводу можно прийти, только «распрощавшись с марксизмом».
Почему? А потому, что будучи правильной в принципе, в конкретных условиях того времени эта теория, по мнению Ленина, оказывалась «самой тонкой и наиболее искусно подделанной под научность и под международность, теорией социал-шовинизма»89 и служила «для оправдания оппортунистов»90. «Не подлежит сомнению, что развитие идет в направлении к одному-единственному тресту всемирному, поглощающему все без исключения предприятия и все без исключения государства. Но развитие идет к этому при таких обстоятельствах, таким темпом, при таких противоречиях, конфликтах и потрясениях, – отнюдь не только экономических, но и политических, национальных и пр., и пр., – что непременно раньше, чем дело дойдет до одного всемирного треста, до “ультраимпериалистического” всемирного объединения национальных финансовых капиталов, империализм неизбежно должен будет лопнуть, капитализм превратится в свою противоположность»91.
