— Но в сорок они выглядят уже старухами, — возразил Ринальт. — И к тому же королева, несмотря на то, что не занималась тяжёлой работой, не сидела сложа руки. На самом деле при дворе полно дел, только они не похожи на хлопоты у печки или в хлеву. Так или иначе, а она родила… уродца. Хилый, с огромной головой и тонкими руками и ногами, страшный лицом… Он очень часто кричал — не плакал, а именно кричал, и не каждая нянька выдерживала этот ужасный голос. Он плохо ел… Узнав от придворных лекарей, что его наследник не доживёт и до трёх лет, король отправился приносить жертвы Мортиниру, чтобы позволил ребёнку стать крепче. Пусть такой ценой…
— Какой ценой? — с любопытством спросила Линда.
— О, Морти тот ещё весельчак, — поморщился принц.
Ему даже имя этого бога было противно. Настолько, что ему казалось — от самого звука во рту появлялся мерзкий привкус.
— Любит он играть с людьми. К примеру, по семейной легенде, прадед, сильно больной человек, прожил вторую жизнь, и даже смог зачать сына… но всю эту вторую жизнь купался в крови девственниц. Понимаешь, Морти убедил его, что это непременное условие. Он умер, рассердившись на жену. Узнал, что она тайком приказывала наполнять бочку кровью коз и овец.
— Как будто, будь там на самом деле кровь девушек, он жил бы дальше, — сказала Линда. — Просто конец ему пришёл, вот и всё. Хоть чем ты мажься, а старость не замазать.
Ринальт лишь скривился и продолжил рассказ.
— Морти назначил свою цену. И отступать Гергольд не желал. Мортинир велел ему сделать мальчику ложе из костей самых близких людей. Её надо было постоянно подновлять новыми и новыми костями. А в придачу Морти дал королю… кое-что дал, неважно. Вот тут-то я и не выдержал.
— Смылся, пока из твоих костей не сделали колыбель? — спросила Линда. — Я бы тоже удрала. Больно мне это надо?
— Я не просто смылся, генерал Хасс… ох, не просто. Мне необходимо было остановить подлеца в его безумии. К сожалению, мне не удалось спасти королеву и её сестру — только маленькую принцессу. Она сейчас в надёжном месте. И я объявил, что Гергольд Твёрдая Спина безумен. При помощи верного человека, начальника дворцовой стражи, мне удалось даже отколоть часть войска. Но прошлую битву мы проиграли, и мой верный человек погиб. А мне пришлось бежать. Когда я вернулся, то взмолился к Вилмир и просил её помочь, ведь она терпеть не может своего брата Мортинира.
Линда непонятно хмыкнула.
— Я искал тело своего друга — хотел поднять его, хоть и понимал, что это будет непросто. А нашёл тебя, — Ринальт приподнялся и благодарно поцеловал женщину в грудь, на удивление живую и тёплую. — Ни один полководец не сравнится с тобой, генерал Хасс. Ты можешь повести за собой мёртвых, но что лучше всего — ты способна убедить живых в том, что я не только тот, кто платит деньги. Я тот, кому можно доверить государство, ведь король безумен, а его больной ребёнок обречён на медленную смерть.
— Хм, а как же принцесса? — спросила Линда.
— Она ведь моя сестра, — ответил Ринальт и позволил себе лёгкую улыбку. — Королевская кровь, но — всего лишь девочка. Я поклялся беречь её, но…
— Но править собираешься сам, — хмыкнула генерал Хасс. — Понятно. Убеди меня в том, что ты сам не сойдёшь с ума, едва речь зайдёт о твоём сыне. А то знаешь, пройдёт лет десять, и бац — у тебя жена, детишки, а ты такой… заботливый папаша, который готов на всё ради маленького сопливого спиногрыза.
— Моей королевой… моей женой будешь ты, — сказал принц. — И я не собираюсь заводить потомства на стороне. Нет, Хасс — мы будем править вечно.
Она снова странно хмыкнула. Ринальт призадумался о том, что это могло означать. Не доверяет?
— Вечно, — сказала Линда. — То есть ты не думаешь, что я по одному перебью своих убийц и уйду гулять в становище своих семейных богов?
— Ты убила одного и тебе понравилось, — улыбнулся Ринальт. — Но остальных мы прибережём. В конце концов… каждым из них ты можешь воспользоваться по нескольку раз, ведь я некромант. А последний из них получит вечную жизнь в темнице. Захочешь получить удовольствие, и мы убьём его, и насладимся, а потом он снова будет жить… и так бесконечно.
— И никаких больных детишечек, — подвела итог Хасс, и Ринальту не понравилась какая-то странная интонация в её голосе.
— Линда, — сказал он, слегка запнулся и повторил. — Лин-да… у тебя красивое имя. Линда, я сомневаюсь, что ревенанты могут иметь потомство. Но если для тебя это важно, ты можешь воспитывать маленькую Алтею Танур.