– У них есть свой Вернувшийся! – осенило Риччи. – Истребляющий других! То есть истребляющая! Она отлично устроилась, черт меня возьми!
– Если это так, то она убила десятки подобных себе. Нам следует держаться от нее подальше.
Но Риччи не спешила впадать в отчаянье.
– Но еще никто не выступал против нее с таким оружием, как у меня, – заметила она.
– Возможно, у них были клинки не хуже, – заметил Берт.
Риччи хмыкнула. Она не поняла, что значили слова Лилиас о мече Океана, но помнила сквозящие в ее голосе уважение и страх.
***
– Я видела тебя с Бертом на палубе, – тоном заговорщицы произнесла Юлиана.
– Ну, да, – кивнула Риччи, раздеваясь. Посвящать Юлиану в подробности разговора ей не хотелось. Знание о Лилиас ее только испугает.
– Я так рада, что ты выбрала его!
– Что? – растерялась Риччи. – Почему?
Она пыталась понять, стоит ли произносить «это не то, о чем ты подумала» сейчас или лучше не спешить, чтобы не вызвать еще больше подозрений.
– Потому что мне… Мне нравится Стефи!
Риччи вздохнула. «Только этого не хватало».
– Ты ведь понимаешь, что это слегка… безнадежно.
– Да, – вздохнула Юлиана с бесконечной грустью. – Но если бы ты тоже претендовала на его сердце, у меня бы совсем не осталось надежды.
– Даже не беря в расчет вредность служебных романов, я бы не стала претендовать на сердце Стефа, – фыркнула Риччи. – У него, думаю, вообще нет сердца. Но если бы и было, я бы не стала участвовать в аукционе за него.
Риччи научилась врать слету и без труда. Но до того, чтобы лгать самой себе она еще не дошла. Так что хоть и с опозданием, но Риччи отдала себе отчет в том, что более, чем слукавила, глядя своей подруге в глаза.
Она не знала, есть ли у Стефа сердце, но очень хотела выяснить.
«Ну и чем ты лучше мужчин, ведущихся на ножки и мордашку?», – укорила она себя. – «Взяла и запала на голубые глаза, золотистые локоны и загадочную душу… Хватит! Если у меня начнет капать слюна, душевно страдающая Юли меня не поймет».
Риччи уважала «право первого взгляда» и отдавала должное внешности Юлианы, а также не забывала о том, насколько губительна для коллектива ситуация, когда капитан начинает думать о шашнях вместо своих обязанностей. И это если вычеркнуть из уравнения тот факт, что она – Вернувшаяся, ведьма, а значит – не совсем человек.
«Тебе стоит выкинуть мысли о нем из головы и пожелать Юли счастья», – сказала она себе.
– Значит, ты хочешь быть с ним?
– Я хочу, чтобы он хотел быть со мной.
Разница тонкая, но существенная.
– Желаю тебе со Стефи удачи, – произнесла Риччи, стараясь вложить в слова побольше искренности. – Она тебе, подозреваю, понадобится.
Юлиана не заметила сквозящей во фразе язвительности.
– И тебе с Берти, – ответила она.
– Я с Берти вовсе не… – начала Риччи запальчиво. Вдохнула, успокаиваясь, и начала снова. – Он хороший парень, но совершенно не в моем вкусе.
Кажется, Юлиана ей не поверила.
Риччи на ее месте тоже бы усомнилась. Даже не будь у нее причин, по которым она желала услышать ложь в словах капитана.
========== Рыбий бог ==========
Риччи поставила все на Индийский океан, как на карту. Но до него оставалась еще треть земного шара, и она использовала появившееся время для того, чтобы отточить свое искусство управлять погодой и фехтовать. И если во втором она ощущала некоторый прогресс, первое выходило у нее отвратительно: собственных ее сил едва хватало на небольшую корректировку направления ветра, после чего она падала без сознания. Использование же меча Океана превращало попытку слегка усилить ветер в почти гарантированный вызов бури.
Ради всеобщего спокойствия Риччи сосредоточилась на фехтовании. Благо и Стефу, и Берту не терпелось поквитаться с ней за те поражения, что она нанесла им в первые дни знакомства.
По новым правилам поединков Риччи проигрывала, если теряла меч или получала укол в место, удар в которое стал бы роковым для человека. Никто на корабле не смог бы нанести ей смертельный удар, но Риччи собиралась подготовиться к сражению с другими Вернувшимися, обладающими способностью ее убить.
Она как раз пыталась подловить Берта на ошибке, чтобы выбить меч у него из рук, когда с вершины мачты донесся радостный крик:
– Земля!
Они немедленно забыли о поединке и бросились к борту.
Известие вызвало необыкновенное оживление на корабле. Они не видели суши уже больше месяца и доедали последние остатки припасов.
Остров, который пока выглядел как маленькое низенькое облачко на горизонте, должен был спасти их не только от снедающей скуки, но и от надвигающегося голода.
– Что это за земля, по-твоему, Берт? – спросила Риччи.
– Не знаю, – ответил штурман. – Карты этих мест не отличаются точностью. Вероятно, одна из нидерландских колоний.
– Колоний? Здесь живут европейцы?
– Вряд ли. Они считают эти острова своими. Но опасаются высаживаться здесь. С большой вероятностью этот остров населен агрессивными дикарями.
– Дикарями? – ахнула подошедшая Юлиана. – Какой ужас!
– У нас есть ружья, – успокоил ее Стеф. – Если на этом райском острове, в самом деле, обитают враждебные аборигены, мы дадим им отпор.
