Риччи приземлилась частично на что-то мягкое и мерзко пахнущее, а также на что-то менее мягкое, живое и завопившее:
– Чтоб тебя!
– Извини, – пробормотала она, сползая со штурмана и оглядываясь:
Яма оказалась не такой уж и глубокой – примерно полтора человеческих роста. Сверху на них смотрел усмехающийся Стеф, и никто из них ничего себе не сломал, так что подъем не был проблемой. Но то, что она видела вокруг, очень не нравилось Риччи: дно ямы было покрыто гниющими листьями, кокосовой скорлупой, костями и рыбьими головами.
– Мусорная яма, – сказал Берт мрачно.
– Вы нашли следы аборигенов? – спросил Стеф сверху.
– Поговорим об этом после того, как выберемся, – оборвала их Риччи. – Подсади меня, Берт.
– У меня есть веревка.
– Я тебе ее оттуда скину. А теперь подсади меня.
Берт сцепил ладони, и Риччи поставила на них ногу, как на ступеньку. Ладонями она оттолкнулась от плеч Фарески, поставила на его плечо одну ногу, затем вторую, и смогла достать руками до края ямы. С помощью Стефа она выбралась на поверхность, и вдвоем они вытащили Берта.
Оба они были полностью в отбросах, но тратить время на приведение одежды в порядок Риччи не стала.
– Надо торопиться, – сказала она и завертела головой. – В какой стороне море?
– Может, не будем спешить? – предложил Стеф. – Взгляните сами, эта яма выглядит заброшенной.
– Думаешь, дикари взяли и уплыли с острова?
– Если они переселились в другую часть острова, то мы их даже не увидим. Остров велик.
– Мы не можем рисковать, – заявила Риччи.
Берт присоединился к ней, и Стеф, оказавшись в меньшинстве, вынужден был подчиниться. Они отправились обратно по собственным следам, хорошо заметным даже им.
Любой дикарь, пройдя здесь, сразу понял бы, что на остров заявились чужаки.
***
Они добрались до рощи кокосовых пальм, когда услышали нестройный пушечный залп.
– Не думаю, что это сигнал заблудившимся, – пробормотал Стеф.
– Кто-то напал на корабль! – Риччи живо представила себе, что будет с ними, оставшимися на этом острове без способа его покинуть. Он, конечно, походил на тропический рай, но она не хотела бы провести в нем всю оставшуюся жизнь.
– Леди Юлиана! – воскликнул Берт.
Услышав мушкетные выстрелы, они, не сговариваясь, перешли на бег.
Стрельба вызывала тревогу, но настоящий страх появился в тот момент, когда она прекратилась – это могло означать, что они опоздали.
Со скоростью пушечного ядра вылетев на пляж, они увидели, как «Барракуда» покидает гавань, преследуемая двумя десятками дикарских узких лодок. Корабль был уже почти у выхода из бухты, а у аборигенов не было оружия прогрессивнее копья, так что за него и людей на нем Риччи не беспокоилась.
Чего не могла сказать об их компании, потому что на полоске песка между джунглями и водой стояло три десятка туземцев в лиственных юбках и боевой раскраске, но главное – с примитивными, но длинными и тяжелыми копьями. В их глазах горела жажда крови, которую они после того, как ускользнула первая обнаруженная жертва, всецело обратили на них.
– Сможете договориться с ними? – шепнул Стеф.
– Попытаюсь, – так же тихо ответила Риччи. – А что за странные флаги у нас на мачте?
– Это сигналы, – ответил Берт. – Если я правильно расшифровываю, «завтра» и «дымовой сигнал».
– Они вернутся за нами? – просиял Стеф. – Хоть одна хорошая новость.
– Пока еще собираются, – поправила своего старпома Риччи.
– Смотрите! – Берт указал Риччи на деревья позади туземного войска, где несколько дикарей охраняли безоружных матросов, которых, очевидно, застали врасплох в зарослях. Некоторые из команды были ранены.
Пока туземцы сверлили их взглядами, установилось хрупкое равновесие, готовое рухнуть от одного неосторожного движения с чьей-либо стороны. Риччи предпочла совершить его сама.
– Прячемся в джунглях, – прошептала она, делая шаг назад. В беге по прямой на песке у них не было ни шанса, но заросли давали им призрачную возможность скрыться.
В ту же секунду ярко раскрашенный и обвешанный множеством причудливых амулетов туземец выкинул руку в их сторону и выкрикнул одно краткое слово.
Несмотря на сложности с пониманием далеко отстоящих от европейской группы языков, Риччи все же уловила его значение. Если бы ей требовалось его перевести, она использовала бы слово «хватать». Но сейчас ее больше интересовало, как бежать быстрее и не налететь на что-то, чем тонкости перевода.
Над ее головой просвистело туземное копье и вонзилось в дерево.
***
Дикие вопли за их спинами стихли. Решив, что они достаточно оторвались, пираты перешли на шаг.
От бешеного бега они выбились из сил и теперь могли лишь ковылять, прислушиваясь к каждому шороху, вглубь джунглей. Риччи рассчитывала затаиться где-нибудь там и переждать ночь, а утром попытаться добраться до корабля.
Проблему составляло то, что, оплыв вокруг большей части острова, они не нашли места, где могли бы бросить якорь, кроме гавани, в которой их, наверняка, будут ждать туземцы. Они могли бы рискнуть и выйти навстречу кораблю в открытое море, но их шлюпка лежала на пляже, и едва ли они смогли бы добраться до нее.
