Солнечное и ясное утро играло музыкой по радио и пахло свежей выпечкой. Оно было бы замечательным, если бы не необходимость садиться за руль и провести следующие четырнадцать-пятнадцать часов в дороге.
«Надо докупить к солнечным очкам кожаную куртку и бандану, чтобы логически завершить образ дальнобойщицы», – подумала Риччи, потягиваясь на крошечной веранде арендованного ими вчера домика.
– Ты могла бы научить меня управлять машиной, – сказал Стеф, прикрывая дверь и выглядя отвратительно бодрым.
– Это сложно, – отмахнулась Риччи. – Займет слишком много времени, а его у нас нет.
– Не намного сложнее, чем обучиться верховой езде, думаю, – самоуверенно заявил он. – Эти педали – те же шпоры, а эта круглая штука… руль – по сути те же поводья.
Это было очень упрощенное понимание системы управления автомобилем, но Стеф явно не зря провел время на переднем сидении. Для удержания которого за собой использовал весь авторитет старшего помощника и арсенал грязных трюков, включающий в себя такое грозное оружие, как флирт.
– Почему ты хочешь научиться водить? – спросила она.
– Мы могли бы тогда управлять машиной по очереди, – заговорил Стеф, доброжелательно и убедительно, как всегда, когда хотел добиться своей цели. – Мы могли бы проезжать больше, и при этом ты бы меньше уставала.
«Едва ли я смогу расслабиться и отдохнуть, когда за рулем сидит человек, впервые увидевший автомобиль два дня назад», – подумала Риччи.
– Это единственная причина? Серьезно, Стефи? Почему я должна научить вождению тебя, а не Берта? Или Мэла? Может, Юли справиться лучше?
Все трое были усидчивее, внимательнее и более склонны воспринимать ее в качестве наставника, но никто из них не выразил желания научиться водить и не провел параллелей с верховой ездой.
«Руль и педали – это только база», – подумала Риччи. – «Есть еще куча нюансов – датчики, знаки, другие машины».
– Ладно, – хмыкнул Стеф с видом «ты меня раскусила». – Эта опасная тяжелая железная штука, и я хочу научиться управлять ее потому, что…. потому что это круто!
– Когда ты подцепил это слово?
– Ты постоянно его повторяла, помнишь?
«Ну, может, иногда…»
– И теперь я понял, что оно означает!
Склонность Стефа к позерству обернулась достоинством. Она заглушала страх перед незнакомыми вещами, а страх был первой проблемой, которую предстояло решить, если она хотела посадить за руль кого-то из команды. Возможно, более важной, чем необходимость запомнить функции всех датчиков.
– Хорошо, – сказала она. – Пока на улицах нет никого, кого ты можешь сбить, я поучу тебя основам, и если все будет хорошо, то за городом пущу тебя в самостоятельное плаванье. Но если решу, что ты не справляешься, сегодня же начну учить Берти.
Судя по глазам Стефа, он оценил серьезность угрозы.
***
Она посвятила все утро тому, чтобы научить Стефа основам: умению держаться в пределах полосы, не задевая столбов и деревьев, и останавливать машину по крику «Стоп!».
– Ты помнишь, где мы были, когда ты нажал на педаль тормоза? – спросила она, когда торможение состоялось.
– Вон у того дома, – ответил Стеф.
– Эта штука не замрет быстрее. Вот первое, что ты должен учесть, когда садишься за руль. Она двигается быстро, но вмиг остановиться не может. И чем быстрее ты двигался, тем больше времени займет остановка.
– Инерция, – кивнул он. – Так же, как и у корабля. Она так же своенравна и прекрасна, как «Барракуда». А у нее есть имя?
– Машинам не дают имен, – ответила Риччи. – Только номера. Их слишком много.
– Ее владелец как-то ее назвал.
– Пикапом? Это не имя, это тип. Все машины с таким кузовом называются пикапами.
– Но этот мы можем назвать «Барракудой Второй»?
– Кто нам запретит? Только на борту этого писать не надо. Трогайся с места, вернемся к гостинице.
– Когда ты дашь мне управлять ей? – спросил Стеф, справившись с зажиганием всего со второй попытки. – Можно я поведу сейчас, когда мы выедем? Можно?
Он на удивление быстро учился для того, в чьей памяти не имелось даже обрывков старого опыта, как у Риччи, и ни малейших представлений о том, как устроена дорожная система. Конечно, он умел управлять кораблем, но в таком случае логичнее было бы учить Мэла или Берта. Но все же Риччи не жалела о том, что выбрала Стефа. Слишком искренним был восторг в его глазах.
Но хоть Стеф и проявлял завидные успехи, Риччи не спешила выпускать настолько неопытного водителя в хаос и суматоху оживленной дороги.
– Нет, – решительно сказала она. – Тебе еще слишком многому надо научиться.
– Но разве ты не все мне рассказала? О ящике с огнями разного цвета…. о белых полосках на дороге… о красных знаках… и о том, что нельзя задевать другие машины. И я внимательно смотрел за всем, что ты делала.
– Этого недостаточно, чтобы водить в городе. У тебя нет инстинктов водителя, и твои реакции слишком медленны.
