Фареска мог быть упрямейшим из ослов, но он чувствовал, когда надо отдать руководство в другие руки.
– У нас нет времени ждать Юли и здоровяка, – ответил Стеф, он уже слышал звук заводимой машины за двумя дверьми. – Мы идем за ними.
Он продемонстрировал Берту ключи.
– Я веду машину, – сказал он. – Ты готовишь оружие.
– Ты не справишься!
Берт никогда не сказал бы подобного Риччи.
– Я справлюсь, – заявил Стеф с уверенностью, в которую вложил весь свой талант по части блефа.
Выбежав за двери, они успели увидеть хвост отъезжающего красного, как свежая кровь, автомобиля.
Он не до конца верил, что сможет самостоятельно, без подсказок Риччи, справиться с машиной и тем более догнать Кимберли. Если она управляет машиной с тем же темпераментом, то далеко уедет к тому моменту, как он тронется с места.
Он сел на водительское место и повторил все действия Риччи, стараясь не нервничать. Память его не подвела, потому что машина отреагировала сытым рычанием опасного, но усмиренного существа. К сожалению, он действовал куда медленнее Риччи – и, наверняка, медленней Кимберли.
Красная машина успела раствориться среди домов, зато на парковке показались Мэл и Юли. Пара секунд решала меньше, чем пара пистолетов, поэтому Стеф нетерпеливо махнул им рукой и подождал, пока они заберутся в машину.
– Где Риччи? – спросила Юли, пристроившись на переднем сидении рядом с ним.
– В заложниках, – бросил Стеф, сосредоточенный на том, чтобы правильно повернуть руль. – У той девчонки Гиньо. Мы их догоним.
Юли охнула и закрыла лицо руками, позволив ему, наконец, сосредоточиться на том, чтобы вырулить с места и не ободрать соседнюю машину – Риччи предупреждала, что повреждать этих стальных монстров нежелательно, даже если это всего лишь немного краски.
– Но как мы их догоним? – спросил Мэл.
В его голосе ясно слышалось «Ведь мы уже целую вечность не можем выехать на дорогу?». Стеф с удовольствием бы врезал ему за этот тон, но еще больше он хотел врезать себе, потому что Мэл был прав.
Утром Риччи сказала, что покажет ему приемы для сложных поворотов в следующий раз, и Стеф тогда с ней согласился – даже ехать прямо оказалось сложно. Но они не могли подсказать появления Кимберли.
Он помнил направление, в котором двигалась красная машина, но она могла повернуть куда угодно, и Стеф уже начал отчаиваться, когда Фареска произнес:
– Они что, поехали в нашу гостиницу?
Иногда Стеф его просто обожал.
Он должен был сам догадаться – в городе имелось лишь одно место, куда Риччи могла отправиться с Кимберли. Оставалось надеяться, что она выбрала самую длинную дорогу.
– Ты помнишь, как туда проехать? – спросил Берт.
Или ненавидел?
– Само собой.
С водительского места все выглядело по-другому, и все домишки в этом городе походили друг на друга, но Стеф положился на свою зрительную память, которая не раз приводила его на корабль после веселой ночи.
Риччи говорила, что полезно повторять за другими водителями, но других машин на дорогах было мало, почти все они ехали не в ту сторону, и очень медленно, так что по большей части Стеф мог рассчитывать лишь на себя.
Еще Риччи говорила, что другие машины будут «сигналить» – издавать громкие противные звуки – если он нарушат правила. Тогда стоит задуматься о том, где ты ошибся, советовала она.
Не только все встречные машины сигналили им, но даже проходящие по улицам люди что-то громко кричали им вслед. К сожалению, у Стефа не было времени, чтобы остановиться и выяснить, что именно он делает неправильно.
Повсюду встречались столбы со знаками разных цветов и форм, похожими то ли на иероглифы, то ли на индейские письмена – все они сообщали о чем-то важном, но Риччи не успела объяснить ему смысла большинства из них.
Стеф чувствовал себя игроком, впервые усевшимся за карточный стол и пытающимся бить шестеркой короля. Но как бы унизительно он себя не чувствовал, он не мог бросить карты – на кону стояли все их жизни.
Он продолжал ехать, даже когда люди отпрыгивали от самых колес их машины и осыпали его ругательствами – в пылу погони Стеф забыл о светофорах и переходах – или другие машины едва уклонялись от столкновения с ними.
Поначалу управление показалось ему куда проще корабельного – все сосредоточено в руках одного удобно сидящего человека. Но со временем ноги начали неметь от напряжения, а голова кружиться: ему требовалось смотреть вперед на дорогу, вбок на дорогу, вбок на тротуар, назад в зеркало и на множество приборов – и все это одновременно. Машины проносились меньше, чем в футе друг от друга, лавируя на высоких скоростях, но при этом даже случайно и слегка задеть другую машину считалось преступлением.
Разумеется, они не проехали и двух кварталов, как начали спорить о правильности направления.
– Мы уже видели этот дом? – спросила Юли.
– Я помню это дерево, – сказал Берт.
– А вот ту красную штуку я раньше не видел, – сказал Мэл.
К счастью, они увидели приметную – спасибо, Кимберли – красную машину до того, как успели переругаться совсем.
