— Не перебивать! Ты явишься к Властелину. И передашь ему следующее: верховный Предводитель Армад Союза пятнадцати миров, по-прежнему находящийся во главе своих войск в пределах Ассарта и готовый в любой момент возобновить военные действия и одержать победу, тем не менее, не желая напрасных жертв с обеих сторон, предлагает заключить договор вот на каких условиях: так называемому Властелину возвращается его сын вместе с матерью ребенка и предоставляется гарантия беспрепятственного выезда из Ассарта в любой из достижимых миров. При этом ему будет разрешено вывезти средства, достаточные для поддержания приличествующего ему образа жизни. С ним будет выпущено некоторое количество нужных ему людей, среди которых, однако, не должно быть профессиональных военных в звании выше капрала. Точное число этих людей будет определено в ходе переговоров. Куда и когда Властелину следует явиться для ведения переговоров, ты сообщишь ему сразу же: завтра в полдень, сюда, со свитой не более двенадцати лиц, невооруженных. В случае его отказа — завтра после полудня мать его ребенка вместе с сыном будут преданы смерти, после чего начнутся военные действия. При этом солдатам будет отдан приказ уничтожить все живое, что найдется во дворце, — и самого Властелина в том числе. Далее: для того, чтобы он поверил, что твои слова не являются простым бахвальством, передашь ему фотоснимок этой женщины с ребенком — тут, в нашем расположении. Постарайся дать ему понять, что я не привык бросать слов на ветер. Вернувшись, сразу же доложишь мне все в мельчайших подробностях. Но это, разумеется, не самое важное.
Предводитель Армад многозначительно откашлялся.
— В каждое мгновение, пока ты будешь находиться в этом доме, ты не устанешь смотреть — и твердо запоминать! — все ходы и выходы, все посты охраны, количество солдат, которых увидишь, их вооружение — одним словом, все, что может понадобиться нам в дальнейшем. Надеюсь, ты хорошо понял меня?
Историк понял. Его собирались использовать как обыкновенного разведчика. Но, если подумать… что он мог противопоставить воле и силе Предводителя Армад? И он ответил лишь:
— Да, но… если он не захочет отпустить меня? Что я…
Охранитель жестом заставил историка умолкнуть.
— Если же ты решишь предать меня и переметнуться на сторону бывшего повелителя, то эта женщина будет уничтожена сразу же, а ты — как только окажешься в наших руках. Можешь не сомневаться: мы возьмем этот дворец и всех, кто будет находиться в нем, потому что все их подземные выходы — под развалинами и мои солдаты никому не позволят расчистить их. Поверь: система ходов под Жилищем Власти известна мне не хуже, чем любому из них.
В последнем Хен Гот не был уверен, но промолчал ради собственной безопасности.
— Итак, ты все понял?
Надо было и тут промолчать — в крайнем случае отрапортовать что-нибудь вроде «Так точно!», командующие любят такие рапорты. Но любознательность ученого подвела. К этому времени он успел уже сообразить кое-что и вот сейчас не удержался от вопроса:
— Значит, править будет ублюдок Миграт? То есть я хотел сказать — Магистр?
Охранитель ответил небрежно:
— Это — вчерашний день…
И тут же спохватился:
— А ты знаешь, где он?
— Ну, собственно…
— Отвечать! Или…
Хен Гот струсил в очередной раз.
— Он на Ассарте…
— Откуда тебе известно? Ты встречался с ним? Где он находится?
— Ну, в общем… мы прилетели на одном корабле — он, я и Жемчужина Леза с ребенком. Правда, где он сейчас — я не знаю. Но, возможно…
Он вовсе не хотел говорить этого. И последние слова проглотил. Однако Охранитель успел понять.
— Возможно, о его местопребывании известно этой женщине, не так ли?
— Ну, я не уверен…
— Достаточно. Иди и выполняй мое приказание.
Хен Гот приблизился к Главному подъезду, стараясь ступать уверенно, хотя внутри него все содрогалось от страха — и, может быть, какой-то доли стыда.
Переговоры, однако, не состоялись. Вызванный охраной дежурный офицер сообщил: Бриллиант Власти отсутствует, нет его и в городе и связь с ним в настоящее время невозможна. Послания в письменном виде может принять он, дежурный. Вообще же аудиенции Властелин дает по третьим дням недели, преклоненные просьбы по этому поводу принимаются за две недели.
— Вы что, меня не узнали? Я — Главный Композитор Истории…
— Не получал никаких распоряжений относительно вас. Действуйте на общих основаниях.
— Скажите хотя бы: когда вернется Бриллиант Власти?
— Об этом известно лишь ему самому. Теперь слушайте: если вы не уберетесь немедленно, я отдам приказ снайперам на крышах стрелять на поражение. Мне даны такие указания. Вам ясно?
Хену Готу все было ясно. Он повернулся и пошел, стараясь ступать как можно более независимо. Хотя получалось это не очень достоверно.
Вернувшись, он был выслушан Охранителем тут же, перед входом в подвал. Дослушав до конца, тот кивнул:
— Да, мне уже доложили — была замечена группа машин… Жаль, что донесли с запозданием: я мог бы перехватить его на дороге. Ну хорошо. Теперь ты сделаешь вот что…
— Не могу ли я повидаться с дамой, Верховный Командующий?
