По тому пламени, каким заполыхали вдруг очи Правительницы, любому стало бы понятно: поняла до последней мелочи. И оценила.
— Но ты сказал — пятьсот Кругов времени тому назад? Какой же толк от этого — сегодня?
"Какой толк
— В том-то и дело, Жемчужина, что Уложение это — иными словами, Закон, но в то же время и не совсем Закон, правильно будет назвать его волеизъявлением, приравненным к закону, — с тех пор никем не было оспорено, опровергнуто или отменено. А следовательно — продолжает действовать и по сей день.
— Уложение… — Ястра как бы попробовала это слово на вкус, медленно, по звуку, произнеся. — Но не лучше ли говорить о нем просто как о Законе — если уж они, как ты говоришь, равны по значению…
— Не совсем так, Жемчужина.
Тут историк оказался в своей стихии: истолкование исторических документов не просто было его коньком, но страстью, едва ли не оргазм он испытывал, делая неясное — понятным, якобы ненужное — драгоценным и нужным.
— Дело в том, Правительница, что в последующие времена наследование происходило главным образом все же по отцовской линии. Ничего удивительного: у правящего донка, а потом и Властелина, было куда больше средств, чтобы настоять на своем, чем у прекрасных Жемчужин. В истории известны лишь два случая, когда применялось Уложение.
— Дважды за пятьсот Кругов?
— Жемчужина совершенно права. Так вот, если бы это был Закон, то все донки и Властелины, наследовавшие по отцу, оказались бы не законными правителями, а людьми, захватившими Власть, не имея на то законного права. И таким образом, ныне правящая династия оказалась бы с начала и до конца незаконной. Но отменить Уложение тоже не представлялось возможным, пока о нем помнили: как лучше меня знает Жемчужина, все, что касалось личности и деятельности великого Объединителя, и по сей день неприкосновенно и не подлежит никакому сомнению: такова великая традиция, одна из основополагающих.
— Это верно, — согласилась Ястра.
— Таким образом, самым простым оказалось: забыть. Как будто его никогда и не было. Не напоминать. Не публиковать ни в одном Своде Законов Великого Ассарта. Так и делалось на протяжении сотен Кругов времени.
Она кивнула.
— В то же время, — продолжал Хен Гот, — уничтожить сам документ, само Уложение, никто, вероятно не осмеливался — это было бы едва ли не святотатством, поступком строго наказуемым; ну, а потом — потом, осмелюсь предположить, об этом архиве — ну, не то чтобы забыли: специалисты вроде меня помнили, что такой существовал, но просто утеряли его след: он ведь хранился там, где и сейчас находится: в комнатке в нескольких шагах от апартаментов Жемчужины Власти. И вот о существовании и местонахождении этого документа я и стремился сообщить Правительнице.
Он умолк, перевел дыхание. Ястра смотрела на него, словно пыталась проникнуть в мозг историка, разобраться во всех, до самой последней, мыслях его и мыслишках. Потом сказала медленно:
— Если я верно поняла — этот документ можно увидеть и прочитать?
Историк пожал плечами — едва заметно, в строгом соответствии с приличиями:
— Я сегодня не успел заглянуть в архив: меня задержали. Но если за истекшие месяцы никто там не хозяйничал…
— Кто бы мог?
— Люди Властелина, например…
— Ты сказал — Архив в моем крыле Жилища?
— Тут, рядом.
— Его люди не имели сюда доступа. Впрочем… — Ястра нахмурилась. — Нет. Надеюсь, что нет.
— Осмелюсь заметить: сегодня в Жилище Власти такое множество странных людей, и они заняли, похоже, все свободные помещения, может быть, и комнаты Архива…
— Разве он не был заперт?
— Был. Но один из ключей, во всяком случае, хранился у камердинера Эфата, ныне блаженствующего…
— Ты убил его, чтобы получить ключ?
— Я не убивал его, Жемчужина. Клянусь Великим Океаном, в коем все мы пребудем вечно. Мы с ним были в прекрасных отношениях. Когда я вошел, он был уже мертв. Полагаю…
— Хорошо, — отмахнулась она. — Сейчас это не важно. Отвечай: этот документ, если он существует, — не подделка?
— Жемчужина!! Весь мой опыт, все мое…
— Можно ли будет, если потребуется, предъявить его авторитетной комиссии для установления подлинности?
— Лишь бы она состояла из специалистов и они были честными людьми. Да и кроме того — ссылки на это Уложение имеются и в других источниках, куда более известных, имеющихся в других архивах, музеях, библиотеках…
— Довольно. — Ястра встала. — Прекрасно. Идем.
— Я готов, Правительница. Если я правильно понял — в архив?
— Куда же еще?
Она позвонила, вызывая солдат. Даже в своем крыле она сейчас не рисковала передвигаться без охраны.
— Возьмите ключи у старшей горничной, — приказала она старшему охраны.
Комнатка была и в самом деле в нескольких шагах, слева по коридору.
Но ключ не понадобился: дверь была уже распахнута, и внутрь втаскивали старую разобранную кровать. Похоже, здесь собирались кого-то поселить. Из прибывающих донков.
— Ла Мара! — крикнула Ястра — и, похоже, даже с легким привизгом. — Старшую горничную немедленно ко мне!
Запыхавшаяся дама подбежала через минуту.
— Жемчужина?..
— Что здесь происходит?
