— Как вы смотрите на то, чтобы вместе поужинать? Меня обеспечили превосходной говядиной высшего сорта. Мраморной! И ещё есть мясные рёбрышки. Наисвежайшие! Могу поспорить, вы истосковались за время своего отшельничества на постной дичи по домашнему мясу, сочному, с прожилками скворчащего сала на открытом огне.
Медведь затормозил, обернулся и заинтересованно на неё посмотрел. Кажется, Дьяна нащупала верную кнопочку.
— Я потрясающе жарю мясо на гриле, гарантирую, вы не пожалеете, — с готовностью заверила она. Сейчас была готова сказать ему что угодно, лишь бы заманить в лагерь. Им главное — установить контакт, а дальше у неё получится сориентироваться уже по ходу дела. Нельзя торопиться в вопросе завоевания доверия. — И естественно, никаких надоедливых просьб обернуться в человека. Обещаю, ни слова не скажу в этом направлении. Просто перекусим вместе. Ваш брат подготовил слишком много еды, поэтому я хочу поделиться. Терпеть не могу, когда еда портится и её приходится выкидывать.
Развернувшись на сто восемьдесят градусов, медведь зашагал в другую сторону. Но через пару метров остановился и посмотрел на неё с недовольством. Заглотил крючок, как миленький.
— Вот, другое дело! Разумный выбор, потапыч! — от радости из неё вырвалось панибратское обращение. И раз уж так получилось, то глупо будет снова с ним играть в формальности. Тем более, ей всё равно комфортнее болтать на близкой дистанции: — Не против, если мы отбросим все эти официозы и перейдём на более простую форму общения?
Медведь неопределённо фыркнул.
— Это воспринимать за «да»?
Он ничего ей не ответил, даже не фыркнул повторно в этой своей чуть раздражающей манере. Остановился у дерева и, поднявшись на задние лапы, потёрся спиной о ствол.
— А у тебя характер не из сладеньких, как я погляжу, — подытожила Дьяна, так и не дождавшись от него никакой реакции, которую можно было бы трактовать за согласие или отрицание. Поэтому решила в одностороннем порядке, что отныне будет ему тыкать. Поймала на себе ехидный взгляд и подмигнула с шаловливой улыбкой: — Но я тоже не сахарок. Поладим, потапыч.
Салочки или прятки?
За ужином, она, как и обещала, не стала его грузить неприятными темами. Сама трещала без умолку, чтобы заговорить зубы и сойти за болтливую дурочку, рядом с которой можно расслабиться. Рассказывала о временах своей юности, как впервые отправилась в поход и какие впечатления из него почерпнула, о новостях, которые читала накануне поездки. В общем, старательно заполняла эфир информационным шумом.
Дьяна отчётливо видела интерес в светло-карих глазах, и тот не укладывался с рьяной тягой к отшельничеству. Только прикидывался, будто жаждет уединения с природой? Какого оборотня будет волновать, что там творилось во внешнем мире, если он решил жить в отрыве от цивилизации? Как-то пазлы не складывались.
— Останешься на ночь? — спросила она, вороша горящие поленья в костре, выждала паузу и тихо призналась: — Страшновато тут совсем одной. А ночью может кто-нибудь заглянуть в гости.
Снова неопределённо фыркнув, медведь поднялся на лапы, но далеко не ушёл, а топтался около входа в палатку и завалился набок неподалёку.
— Спасибо, — вполне искренне поблагодарила Дьяна, забираясь внутрь. — Тебе подушка не нужна?
В ответ раздалось недовольное кряхтение. Вот и «нет» обозначилось.
Утром она его поблизости, само собой, не увидела. Умылась прохладной водичкой, собрала волосы в высокий хвост, чтобы меньше пачкались, сделала крепкий чай и встала у обрыва. Вид открывался отсюда фантастический на долину. Будь птицей, выпустила крылья и полетала бы над острыми макушками деревьев между пологими горами.
— Ладно, надо искать потапыча, — подытожила Дьяна, сладко потягиваясь.
Он сообразил, что договорённость действовала исключительно на вчерашний вечер, поэтому и свалил спозаранку. Предсказуемо и крайне бесполезно. Теперь его найти не проблема. На примятом участке травы осталось предостаточно запаха, чтобы взять след. Как бы далеко ни удрал косолапый, она догонит.
— Вот же вымя дохлого шакала! — в сердцах воскликнула Дьяна и пнула камешек в реку со стремительным течением. Нашёл способ спросить хвост, плюшевый уродец. И ведь как извращённо это сделал! Сначала три часа круги нарезал вокруг, заставив её продираться через колючие кустарники, превратившие её рубашку в решето, по колено искупаться в вонючих болотах, полных пиявок, а потом просто взял и грубо оборвал след у реки. — И это после всего, что между нами было⁈ Да чтоб я ещё хоть раз с кем-то делилась мраморной говядиной!
У реки слишком стремительное течение. Даже в половинчатом обороте, Дьяну, скорее всего, унесёт. И хорошо, если в конце её будет ждать безобидное устье, а не ревущий водопад высотой с пятиэтажку. Может, в звериной форме она бы и рискнула переплыть на другой берег, но у заурядной гаммы нет доступа к полному обороту. Следовательно, надо искать обходные пути.
