Яр взъерошил волосы, подумал, но едва он открыл рот, зазвонил телефон. Кирилл! Мое сердце прыгнуло в горло и обратно. Все мышцы напряглись, готовые к действию. Павел схватился за косяк – верно, почувствовал слабость в коленях. Снова раздалась трель телефона. Только тут я понял, что это не гордеевский, а мой. Я поспешно вытянул трубку из кармана. Это был Скоков.
– Поздравляю, Андрей. Закончилось наше дело. Не совсем так, как мы планировали, но так тоже сойдет, – в спокойном голосе Лени проскакивали нотки радости.
– Не понял, – выдавил я.
Гордеев подошел вплотную, стараясь тоже расслышать новости.
– Бандиты добрались до вашей Крысы раньше нас и кокнули ее. Передо мной сейчас ее тело. Думаю, вы удивитесь, когда увидите, кто это.
У меня вдруг пересохло во рту:
– И кто же это?
– Если вы там не слишком заняты, – Леня усмехнулся, – приезжайте и сами все увидите.
Скоков назвал адрес. Яр вырвал у меня телефон:
– Леонид, а вы уверены, что это Крыса?
– Уверен. Приезжайте, сами убедитесь.
– Крысу убили, – пояснил я недоумевающему Павлу. – Все-таки третье покушение оказалось удачным. Нужно скорее ехать.
Я не знал, что подумать. С одной стороны, наконец-то все закончилось. Это отлично. Но меня что-то тревожило, что-то в голосе Лени.
Охранника новость определенно обрадовала. Он оживился, выпустил из рук дверной косяк и даже вызвался нас проводить до черного хода.
– Там вы быстрее попадете на оживленную трассу, если пройдете через сад. Сможете сразу поймать попутку, – любезно пояснил он.
Слегка растерянные и даже разочарованные мы с Яром последовали за нашим провожатым. Мне не верилось, что многодневная погоня наконец-то закончилась. Конечно, жаль, что мы не взяли воровку живой, но что поделать.
За всю дорогу мы не сказали друг другу ни слова. Гордеев озабоченно хмурился. Он хотел сам схватить Крысу за руку. Признаюсь, я тоже от этого не отказался бы. Теперь вся слава достанется Скокову. Ну и ладно, не жалко. Он парень хороший, еще и ранили его в этой истории. Так что заслужил.
Час пик миновал, да и водила потрепанного «Фольксвагена» ловко лавировал в потоке. Так что буквально через полчаса мы были на месте. Нужный подъезд найти было не трудно. Возле него сгрудились милицейские машины и скорая. Скоков встретил нас в квартире. Единственная комната была безликой, как и все съемное жилье. О характере хозяйки напоминали лишь мелочи. На письменном столе стояли три болванки с разными париками, рядом лежала гора косметики, баночек и кисточек. Полный набор профессионального гримера. Все это я отметил машинально, почему-то опасаясь смотреть на главный элемент в комнате. Накрытое простыней тело на полу. Я приблизился. Из-под белого покрова торчала узкая женская рука с аккуратными розовыми ноготками. Мое горло сжалось от неприятного предчувствия.
Скоков что-то оживленно говорил. Гордеев подошел и резким движением отбросил простыню в сторону. На его лице отразилось легкое недоумение. Похоже, выстроенная им теория оказалась ошибочной, но сейчас меня это мало занимало. Я медленно опустил взгляд. У меня мгновенно пересохло в горле и отчаянно заныло в груди. Мучительно хотелось закрыть глаза, чтобы не видеть всего этого. Но я не мог отвести взгляд от хорошенькой белокурой головки, трогательно раскрытых губ, изящной шеи… Лена выглядела так безмятежно. Она даже не успела испугаться, когда злодей выстрелил ей в грудь. Я опустился на колени рядом с телом девушки. Кажется, Яр мне что-то втолковывал, увещевал. Но я не мог разобрать ни слова. Я только старался не выпустить наружу тот комок обиды и тоски, который рвался изнутри. Мне казалось, что, выплеснувшись, он просто затопит меня. Я даже не понимал, что меня угнетает больше – ее смерть или ее притворство. Это она Крыса. И, очевидно, обхаживала она меня только для пользы дела. А я повелся как наивный мальчонка. Но все же… Я очнулся, когда моя голова стала дергаться из стороны в сторону. Повернувшись, я понял, что это Гордеев трясет меня за плечо.
– Может, это и к лучшему, – услышал я. – Вряд ли тебе бы понравилось видеть ее в тюремной робе, за решеткой.
Я снова посмотрел на Лену. Погладил ее волосы, мягкие, слегка волнистые. Нет. Она была так молода, ей было рано умирать. Она бы пережила тюрьму и вышла на свободу. И еще бы порадовалась жизни. В моей душе стало зреть новое чувство – острое желание поквитаться с безжалостным стрелком. Да, пусть она была опасной преступницей, но ее должны были судить и вынести справедливый приговор, а не убивать.
– Здесь явно были те же люди, которые раньше на Крысу покушались. Только на этот раз все у них сложилось удачно, – как будто ответил на мои мысли Скоков и показал нам полиэтиленовый пакет с грязным серо-красным комком. Я долго приглядывался, прежде чем понял, что это окровавленная тушка крысы.
– Как вы узнали, что она убита? – спросил Яр, склонившись над телом.
– В дежурную часть позвонил некто и сообщил об убийстве, – Скоков с тревогой посматривал на меня. – Полагаю, они хотели заявить во всеуслышание, что месть свершилась.
