– Я родила мальчика. Ян был без ума от ребенка. Души в нем не чаял, исполнял любую его прихоть. А потом все сразу закончилось. Он отрекся от ребенка, потребовал развода. Не знаю, то ли он догадался, что ребенок не от него, то ли кто-то ему рассказал, только все сразу изменилось. А потом он заболел. Врачи обнаружили опухоль в голове и сказали, что жить ему осталось совсем мало. Сначала его беспокоили головные боли. Затем все стало еще хуже. У него помутился рассудок. Он опять забредил тобой. Причем до такой степени, что решил поменять свое завещание в твою пользу. То есть ни мне, ни сыну ничего не достанется. Если ты откажешься принять наследство, все деньги перейдут в фонд борьбы с раком. Пойми меня, я не жадная, мне ничего от него не нужно. Это его деньги и его воля ими распоряжаться. Пусть передает в фонд. Я собираюсь уехать с ребенком и все забыть, как кошмарный сон. Но ему непременно захотелось тебя увидеть. Это его идея привезти тебя сюда.
– Почему он не позвонил мне, не написал?
– Он боялся, что ты ему откажешь. Помнишь, много лет назад мы собирались группой в лагере? Тебя тоже приглашали, но ты не приехала.
– Конечно, помню. Но я не смогла приехать, моей дочери был всего один месяц. О какой поездке можно было тогда говорить?
– Но Ян не знал об этом и расценил твой отказ как нежелание видеть его и очень переживал по этому поводу. Он, наивный, думал, что ты до сих пор по нему сохнешь. Отношения у нас уже тогда были подпорчены, и меня несказанно радовали его страдания. Только потом я узнала истинную причину твоего отсутствия. Помнишь, мы случайно встретились в аэропорту? Ты была с мужем и крохотной дочкой.
Я кивнула, конечно же, я помнила эту встречу.
– Но это было так давно! С тех пор столько воды утекло! Что теперь произошло?
– Что? Не забывай, Ян болен, и именно голова у него слабое звено! Он решил, что во всем виновата я, в болезни его тоже, а значит, пришло время мне искупать свои грехи. А чтобы я была посговорчивей, его люди выкрали моего ребенка и теперь неизвестно где прячут. Ян поставил мне условие – если я не привезу ему тебя, то никогда не увижу сына.
– Ты обращалась в полицию?
– Ты что! Во-первых, Ян по документам – отец ребенка. Во-вторых, что я могу доказать? Он уважаемый человек. Занимается благотворительностью и содержит несколько фондов. В любом случае я в проигрыше. Теперь ты понимаешь, что меня толкнуло на твое похищение.
– Понимаю. Допустим, мотивы мне твои понятны, но зачем ты устроила весь этот спектакль? Неужели не могла ко мне приехать и поговорить по-человечески?
– А ты бы стала меня слушать? Я помню, как ты меня встретила в прошлый раз – только и ждала, когда я уйду. По глазам вижу, я тебе и тогда была, и теперь неприятна. Ты до сих пор на меня обиду держишь. И потом, тебя бы отпустил муж? Сама же говорила, он контролирует каждый твой шаг. А тут дело такое деликатное. Бывший возлюбленный и все такое.
– Пожалуй, ты права, Олег бы меня не отпустил. – Я вспомнила, как настойчиво он отговаривал меня от поездки. – Но тебя это ни в коей мере не оправдывает. Ты должна была мне все рассказать!
– Что уж теперь об этом говорить, мне казалось – это единственный способ привезти тебя сюда.
– Обманом? Если тебе самой пришел в голову столь дерзкий план, ты гений! Просто высшие режиссерские курсы!
Татьяна отвела взгляд в сторону.
– Хорошо. Чем вы меня опоили? Какой дрянью вы меня пичкали?
– Да ничем особенным, снотворное и легкий наркоз. А после наркоза человек не сразу в себя приходит, часто его преследуют видения, проблемы с памятью. Но, Марина, это кратковременные недомогания, я не хотела причинить тебе зла. Всего два дня, и ты при полной памяти.
«Она не хотела мне причинить зла! У нее повернулся язык сказать такое. Теперь понятно, на фоне чего мне пришла мысль о реинкарнации. Я была под действием какой-то дури», – я чувствовала себя все более и более обманутой.
– Рассказывай дальше. Кто такой Никита Петрович? И как я оказалась у него в доме?
– Никита Петрович? – переспросила меня Татьяна, на секунду замешкавшись. – Никита… Ну, в общем, он отец моего сына.
Час от часу не легче!
– Понятно. Он лицо заинтересованное. Вот почему он так бережно ко мне относился, – усмехнулась я.
– Мы сразу решили не везти тебя ни поездом, ни самолетом. Большое скопление народа, погранслужба – все это не входило в наши планы. Куда лучше ночью пересечь границу в заштатном контрольно-пропускном пункте. А дом Никиты как раз расположен по пути из Крыма в Польшу. Ну, и день на реабилитацию тебе просто был необходим.
– Под реабилитацией ты подразумеваешь навешивание лапши на уши? А этот маскарад с изменением моей внешности зачем устроили?
– Как бы я тебя перевезла через границу? У меня был паспорт с моей фотографией, правда, на чужую фамилию, вот мы и подгоняли твою внешность под мою.
– А почему не наоборот?
– Подстричь тебя и перекрасить волосы намного быстрее, чем заказывать новые документы. Кстати, почему ты вновь перекрасила волосы, по-моему, был очень хороший цвет?
– Он мне не шел.
– А этот зеленый идет?
