– Да, задачу ты мне поставила! Может, объяснишь, что происходит? – спросила Алина, ее голос уже не казался сонным.
– Рассказывать долго. В то, что со мной произошло, поверить трудно. Одно могу сказать: меня похитили. Я сижу без паспорта и без денег. Одна надежда на тебя!
– Класс! И кому ты понадобилась? Кто из-за тебя копья ломает? Идею с выкупом я отвергаю сразу, незачем тебя вывозить для этой цели за границу, – съехидничала Алина.
– Твой сарказм совершенно не к месту! Значит, понадобилась! Только сейчас речь идет о моей жизни! Поторопись, а то не застанешь подругу в живых, – со слезливыми интонациями в голосе попросила я.
– Тогда пока. Надеюсь, тебя завтра увидеть живой и невредимой, – простилась со мной Алина и отключилась.
Что за характер! Тут по лезвию бритвы ходишь, балансируешь на грани жизни и смерти, терпишь лишения и сходишь в буквальном смысле с ума, а она иронизирует на тему: кому я могла понадобиться. Если бы ее украли, она преподнесла бы этот факт как похищение века. Кража «Моны Лизы» из Лувра выглядела бы как ничтожное происшествие, не стоящее внимания. Ладно, потерпим до завтра. Что, интересно, скажет Алина, увидев мои синяки и услышав душещипательную историю о моих злоключениях?
С самыми радужными мыслями, в предвкушении счастливого завершения моих страданий я закрыла глаза и попыталась заснуть. Не тут-то было, я опять услышала скрип прямо над головой. Кто-то передвигался по чердаку как раз над моей комнатой.
Я посмотрела на часы. Пять минут первого. Если днем я могла себя успокоить тем, что приведения появляются исключительно ночью, то сейчас мне в голову лезло только одно – это чей-то призрак. Может быть, папеньки или его дочурки. Где ж им бродить, как не по родному дому? А может, это дух доктора ищет успокоения? А может, кого-нибудь другого, о ком я не знаю? Единственно, в чем я была уверена, – никакие кровельщики и слесари ночью по чердакам не лазают.
Я поднялась с кровати, подошла к двери и проверила засов, достаточно ли он крепкий. Для пущей надежности придвинула тумбочку к двери и тем самым забаррикадировала вход. Оставалась балконная дверь. Положение осложнялось тем, что тумбочка была в комнате только одна, а громоздкий комод я не в состоянии была сдвинуть с места. Пришлось оставить надежду укрепить и балконную дверь. Я только плотно задвинула тяжелые портьеры, чтобы полная луна не действовала на мои и без того расшатанные нервы. После этого я вновь взгромоздилась на кровать и стала прислушиваться. Вроде тихо, но все равно как-то неспокойно. Спать совершенно не хотелось, я включила телевизор. Из того, что было на экране, я ничего не понимала. Вскоре и телевизор начал меня раздражать, он мешал мне сосредоточиться на звуках. Я убрала громкость и оставила только одно изображение.
Всю ночь я провела в состоянии первобытного страха. Мне казалось, что сейчас моя дверь слетит с петель и в комнату ворвется свора духов, вампиров, приведений и живых мертвецов. Когда начало светать, силы меня оставили, и я провалилась в глубокий сон.
Пришла я в себя от грохота, дверь ходила ходуном, кто-то пытался достучаться. Снаружи доносились голоса Марты и Вацлава.
– Пани Марина, вы здесь? – спрашивала Марта.
– Откройте сейчас же! – требовал Вацлав.
«Кажется, уже утро, новый день. И ничего хорошего он мне не несет, – спросонья подумала я и мельком взглянула на часы. – Всего-то одиннадцать часов. И чего так ломиться?»
Я поднялась и поспешила к двери, боясь, как бы эти двое не разнесли ее в щепки.
– Сейчас открою, – отозвалась я, отодвигая тумбочку на прежнее место.
– С вами все в порядке? – спросила Марта.
– Да, все в порядке, а что случилось? – позевывая, поинтересовалась я.
Спать хотелось жутко, я с трудом открывала глаза. У меня всегда так: если я перенервничаю, на следующий день хожу, как сомнамбула. Не понимаю, как я до сих пор от таких переживаний не впала в анабиоз.
– Случилось, – передразнила меня Марта. – Я принесла вам завтрак, вчерашний ужин под дверью нетронутым стоит, а вы не открываете и не отзываетесь. Я уже пана Вацлава привела. Дверь хотели сносить.
– Зачем?
– Чтобы убедиться, что вы на месте.
– Я долго смотрела телевизор, вот поздно и заснула, – успокоила я их.
«Сказать или не сказать им про шаги, доносившиеся с чердака? Как прореагирует Марта, я уже знаю. А вот как Вацлав отнесется – неизвестно. Как бы себе не навредить. Если это его люди по чердаку шныряют, то скорей всего он ничего не скажет. А если кто чужой… Может, конечно, списать все на мою излишнюю впечатлительность, а вдруг полезет проверять, охрану поднимет? Да еще прилегающую территорию заставит прочесать в поисках посторонних личностей? Нет, не скажу. Не знаю, что хуже: люди Вацлава или фантом, топающий у меня над головой. Сегодня Алина должна объявиться, потерплю несколько часов. Ни к чему мне лишняя суматоха в доме», – рассудила я и постаралась придать лицу беспечное выражение.
– Я всегда поздно встаю. Вы меня разбудили.
Вацлав с подозрением оглядел меня и переспросил:
