В нос ударили запахи гнили, испражнений, нечистот и медикаментов, будто по дну канализационной трубы стекали отходы и вода какой-то больницы. Однако труба оказалась почти сухой, хотя вонь от этого меньше не стала. Вверху звякнула задвигаемая крышка люка, стемнело.
Впереди вспыхнул фонарь, освещая чьи-то ноги в сапогах.
– Пошли, - сказал Расен негромко, направляясь в сторону. - Труба выведет нас к автобазе.
Арсений Васильевич промолчал. Он знал условия проникновения группы на территорию автопредприятия.
Высота трубы не позволяла идти во весь рост, приходилось сгибаться и двигаться на полусогнутых ногах. Ратники шагали практически бесшумно, как и есаул. Арсений Васильевич сначала цеплялся за разный мусор, скрипел песком и обломками бетонных плит, потом приноровился и тоже перестал шуметь.
Отшагали двести метров, поднялись по скобам колодца к люку. Задержались на минуту, пока спецназовцы обеспечивали безопасный выход группы на поверхность. Расен тронул спутника за руку, шепнул на ухо:
– Твоя очередь выходить на сцену.
Перед глазами Арсения Васильевича развернулась знакомая картина энергоинформационных связей данного района: серый фон, тёмные сгущения зданий, строений, сооружений, сеть более светлых прожилок - линии электропередачи, множество ярких точек - бытовые приборы, работающие электроплиты, телевизоры, двигатели автомашин, и пульсирующие колечки и звёздочки - ауры живущих здесь людей. Вместе с тем другая часть мозга превратилась в своеобразный объёмный биолокатор, отразивший ту же картину в ином диапазоне волн и цветовых сочетаний. Теперь Арсений Васильевич мог мысленно-волевым усилием подключаться к мыслесферам других людей и ощущать их настроение и намерения.
– Что? - коснулись уха губы Расена.
– Всё в порядке, - так же тихо ответил он. - Максим и Марина здесь, в одном из подземных бункеров. Их охраняют четверо, с оружием. Ещё четверо дежурят на втором подземном этаже. На первом - монитор службы контроля, шестеро в разных помещениях. На земле людей побольше, но только трое или четверо из них вооружены.
– Где эти трое?
– Всё-таки четверо… там такое длинное здание - ангар с машинами, в торце - подсобное помещение, из которого есть ход вниз, под землю. И не один, по-моему, там ещё лифт. Плюс телекамеры и лазеры.
– Ясно. - Расен выдвинул усик рации из воротника куртки (Арсений Васильевич видел его совершенно свободно, как днём, несмотря на полную темноту колодца). - Батог, ангар тридцать румбов на север, четверо комбатантов, лазерно-телекамерный контроль.
Ответа Арсений Васильевич не услышал, а Расен не стал сообщать, что сказал ему командир спецгруппы. Прошла минута, другая… пятая…
– Пошли, - уже нормальным голосом - не шёпотом - проговорил есаул. - Ребята вскрыли сейф.
По-видимому, эта означало, что десант РРР обезвредил охрану секретного входа на базу Системы.
Они вылезли из люка под дождь, перебежали небольшую площадку с бензовозами, вошли в открытую дверь огромного деревянного строения, напоминающего барак. Свет внутри барака не горел, но это не мешало обоим ориентироваться в темноте.
Прошли ряд застывших грузовиков и подъёмных кранов, приблизились к перегородке, дверь в которую была распахнута и настежь. Помещение за перегородкой походило на контору: три стола, компьютеры, металлические шкафы с лежащими на полках папками, стенд с атозапчастями. Тело на полу. Рядом дыра люка.
Расен молча полез в люк.
Арсений Васильевич почувствовал озноб, обошёл неподвижное тело: в голове трупа чернело пулевое отверстие, - быстро спустился за есаулом.
Помещение с голыми бетонными стенами и металлической дверью. На стене устройство кодирования замка с мигающей оранжевой искоркой. Дверь открыта, толстая, сейфовая - гранатой не прошибёшь. За дверью короткий коридор, освещенный тусклой лампой в сетчатом колпаке, стены - из гофрированного серого материала, пол покрыт плиткой, потолок бетонный. В тупике коридора ещё одна дверь с табличкой: «Вход воспрещён. Токсичные отходы».
Четверо десантников, ушедших вперёд, замерли у двери с оружием в руках: у троих - стрелково-гранатомётные комплексы «Соловей», у командира - снайперский комплекс «Винторез» образца две тысячи четвёртого года. И у всех четверых - бесшумные пистолеты «варяг» калибра девять миллиметров с ёмкостью магазина восемнадцать патронов. Плюс ещё какие-то необычного вида стреляющие «игрушки», закреплённые в спецзажимах на груди и на бёдрах комбезов.
– Время пошло, - шевельнул усами Батог. - Через пять минут сработает контролька и включит тревогу.
– Откроешь? - кивнул на дверь Расен. - Или будем взрывать?
Сам он был вооружён только ножом, что, однако, не уменьшало степень опасности этого человека.
Ратники расступились.
Арсений Васильевич подошёл к двери, ведущей в подземное хозяйство базы.
Дверь была такого же типа, что и первая, открытая ратниками с помощью монитора наверху. Её запирал электронный замок, требующий наличия кодового ключа-карты. Такие системы имели огромный запас цифровых комбинаций, и для подбора кода даже с помощью компьютера требовалось много времени.
