Он молча сел рядом с кристаллом, и его тень легла на противоположную стену.
– Сестренка, с днем рожденья.
– Тин, мне так плохо. Они все желали мне счастья и удачи, но на самом деле им всем все равно, даже маме с папой…
Брат погладил меня по голове, взял за руку.
– Меня научила этой считалке бабушка.
– Считалка? Тин, ты знал! Я так люблю стихи и считалки!
– На день рожденья звезды и луну из своего кармана,На день рожденья лед, и свет, и пламя,Ты пожелай – устроят лучший пир,Ты улыбнись – и улыбнется мир.Я уже не плакала, слезы почти высохли.
Внезапно дверь в комнату резко распахнулась. Тин непроизвольно вскочил, загораживая меня.
– Отец? Что ты здесь…
– Тин, иди в свою комнату, – женский голос. Мама?
– Нет, если вы не объясните, что вам нужно в комнате моей сестры ночью.
– Пророчество. Оно подтвердилось.
Меня пробрало холодом. Я попыталась зарыться в простыни.
– Я сказал, что не позволю. Я знаю, родителей нужно слушаться, но не тогда, когда вы угрожаете моей сестре!
– Мы только сотрем ей память и ушлем подальше. Мы ей ничего не сделаем… – я лежала спиной к родителям, но увидела огромный силуэт отца, заслоняющий тень Тина.
– Не тронь ее!
– Не лезь, Тин!
– Мне плевать на пророчества. Мне все равно, что за игру ты затеял с нашими родственниками. Мне все равно, как ты обращаешься со слугами. Но мою сестру ты не тронешь! Рита, беги!
Последовавший за этим звук был мне знаком. Свист лезвия, состоящего из чистого воздуха. Прежде чем я успела закричать, мне зажала рот мамина рука. Нос оцарапало фамильное кольцо с прозрачным красным камнем.
Звук, который бывает, когда бьют кухонным топориком по тушке – и все кругом залито кровью. Услышанный мной хрип мог принадлежать только Тину.
Мама отпустила меня.
– Нет…
Меня заставили сесть и зажали нос. Я попыталась отбиться, но мне уже заливали в горло воду.
– Уверен, что получится?
– Получится. Нам нельзя ее убивать – ты ведь знаешь, что случится тогда. Пусть ее убьет пустыня. У нее нет шансов выжить, если она все забудет.
Мир померк в глазах, но я успела подумать, что никогда и ни за что не забуду им этого.
Я открыла глаза. Дым стоял такой плотной стеной, что не было видно потолка.
– Судя по всему, ты жива.
– Даже голова не болит.
– Ты видела что-нибудь полезное?
– Я точно знаю, что случилось. Я вспомнила своего старшего брата. Но мне нужно вспомнить своих родителей.
– Но ты же можешь найти брата.
– Вряд ли. Я только что видела, как его убили.
– Извини. Мне жаль. Мою младшую сестру Черный Дрозд тоже…
– Я помню.
– Тебе нужно найти родителей. Есть зацепки?
– Кольцо у мамы на руке. С крупным куском граната.
– Такой камень, да? Похожий на красный лед, прозрачный? Он довольно дорогой. Наверное, ты из семьи какого-нибудь вельможи.
– Возможно. Я не помню, – я прикрыла глаза рукой. Дым разъедал глаза. Клэр помогла мне подняться и вывела сквозь какую-то незаметную дверь по коридору наружу. Я полными легкими вдохнула прохладный ночной воздух.
– Еще что-нибудь? Знаки на одежде, вещи, лежащие рядом?
