С громким вскриком я вырвалась из видения под безумный смех Дрозда и попыталась встать. Затрещали кости, заныли сухожилия, побежала по сосудам зеленая кровь. Полог приподнялся примерно на пять сантиметров, прижатые им повалились на землю, вкушая последние секунды жизни. Я поняла, что сейчас все нарастающее давление переломит мне позвоночник, но где-то справа заскрипела зубами Сирена, выжимая полог вместе со мной. Легче не стало, но он приподнялся еще чуть выше, так что я смогла сесть, упираясь в полог плечами, руками и шеей. Молча начали подниматься и другие. Когда полог приподнялся до максимума, которого можно достичь, стоя на коленях, Сирена внезапно легла на землю и поползла вперед со скоростью, достижимой только для того, чье второе обличье – змея.
Я держалась из последних сил, плечи ощутимо трещали, все тело болело, ужасно хотелось встать на ноги, но я осознавала, что тогда буквально переломлюсь где-нибудь в пояснице. Боль пульсировала, достигая апогея, и свет зеленой крови угасал.
Сирена бросилась на Черного Дрозда, хватая его за ноги…
Мир сжался вокруг меня, закрутил, протащил по земле и бросил в кучу людей. Мне помогли подняться, но я ступала по чужим телам. Вокруг нас была прозрачная сфера диаметром около пяти метров, и она сжималась на глазах. Внизу лежали мертвые, живые пробивались наверх, толкая стены, упруго отражающие любые удары. На моих глазах один из пленников прыгнул на стену, она прогнулась под его тяжестью… и с удвоенной силой бросила назад. Он сбил с ног троих. Выбираясь из-под него и начиная ругаться, они поняли, что он не дышит.
Я в отчаянии обернулась лицом к Сирене. Она протянула мне руку, и я с чувством ее пожала.
– Жаль, наш план не сработал. Спасибо, что учила меня.
– Нет, – она отвернулась, вырвав руку. – Я не стану говорить, что ты закончила обучение, потому что ты его не закончила. Думай! У нас, – под опускающейся стеной я была вынуждена сесть на корточки, – секунд двадцать.
Она рассмеялась, но этот смех был похож на рыдание, примерно так же, как и мой. Мою спину прижало к чужим, когда сфера еще уменьшилась.
– Это конец, да?
Меня обрадовало то, что никто не бросался на меня и не обвинял в том, что это я их сюда притащила, хотя я и чувствовала себя виноватой. Клэр изо всех сил выгнула шею, чтобы глянуть мне в глаза, и кивнула. Я ответила тем же.
Сквозь розоватую пленку границы между нашим и внешним мирами я увидела, как Черный Дрозд поднимает свободную руку и срывает с шеи амулет, перехватывая его за цепочку. Я узнала матовые отблески и ониксовые вкрапления Черной Дыры.
Нет, мы не просто умрем, мы попадем в никуда. Не за Грань, где еще может что-то быть, но в пустоту, одно-единственное растянутое навсегда мгновение, в котором нет ничего. Хорошо, что никто, кроме меня, этого амулета не знает. Только я одна умру, утратив надежду.
Стены сжались еще сильнее, мучительно задрожали готовые сломаться кости. Это конец…
Ударив по глазам ослепительной вспышкой, сфера исчезла, и я упала на кучу трупов, сломав локоть. Мгновение жуткой боли от открытого перелома – и поток зеленой крови вправил мне руку и срастил кость.
Выбравшись из-под Клэр, свалившейся сверху и рыдающей от боли в вывернутом запястье, я увидела, как Черный Дрозд падает вперед, а за его спиной остается стоять на негнущихся ногах принцесса Антелла с окровавленным ножом, который она сжимает обеими руками.
Чуть не расплакавшись от облегчения, я прошла круг человек-воздух-человек и подхватила начавшую падать Ан под руки.
– Спасибо.
– Да пожалуйств, обращайся, – истерически хихикнула она и расплакалась, как-то очень по-детски. Я осторожно усадила ее на ковер, который кто-то из магов воздуха принес порывом ветра из палатки Дрозда.
Посмотрев в мертвые глаза бывшего предводителя Стаи, я не увидела в них ничего.
– Твое время кончилось, – прошептала я.
Подошла Клэр, отобрала у принцессы нож и подошла с ним к Дрозду.
– Он мертв.
– Я знаю. Я поклялась сделать с ним то же, что он с моей матерью. Она в несколько взмахов отрезала голову Дрозда, по локоть измазавшись в его крови, взяла у одного из почивших стражников пику, наколола на нее голову и воткнула тупым концом в землю.
– Вот теперь все, – она подошла и села с нами.
Серохвост облизал пасть, его серый, отливающий металлом мех перестал светиться изнутри, и лис подошел к нам.
Я посмотрела на магов, выигравших вместе с нами эту битву. Никто из них так серьезно не пострадал, только один выдирал из зеленого шрама на недавно сломанной ноге лисиные шерстинки.
Из кучи тел выбралась Сирена. Она плакала, но ее голос звучал так, как будто она рассказывает жестокий анекдот.
– Рита, м-мать твоя горгулья! Когда сфера исчезла и все упали на землю, я сломала спину! И твоя кровь… твоя кровь… Антелла! – она бросилась принцессе на шею, и в глазах той наконец растаяли боль, ненависть и страх. Пожав плечами, я подобрала под себя ноги и через силу улыбнулась небу. Мы выиграли, мы счастливы… только выиграла не я… и счастлива тоже не я.
