– Все давно решили, что он не вернется, как и многие другие, его ждал только маг воздуха, отнесший его – он захватил с собой запасы еды и воды. Через четыре дня он не выдержал и вошел во Дворец. По углам валялись обрывки голодной паутины, но пол и потолок были из той, по которой пауки ходят, когда сторожат свои сети. Он шел вперед и вверх, дивясь красоте башни, которую совсем не портило отсутствие окон. Паук почти точно воссоздал ступени, но по ним все равно было жутковато идти. Маг поднялся на самый верхний этаж и увидел там Залия и паука. У последнего были разрезаны по суставам лапы и вырезаны глаза – все глаза. Он лежал без движения. Маг склонился над Залием и в ужасе отшатнулся, увидев, что у него одна рука до локтя стала железной. В другой руке он все еще сжимал погнувшиеся ножницы.
– А, счастливый конец, – фыркнула Антелла. – Он ведь выжил?
– Конечно, нет! Как бы он выжил с железной рукой? Такое только в сказках бывает. Его похоронили с почестями, а Шинаанга разобрали на железки. Башня стоит и по сей день, но паутину вокруг нее почти всю разобрали и используют для того, чтобы производить железо. Из паутины Шинаанга было создано большинство амулетов, вытягивающих силу противник.
– Каких? – Сирена подняла нож и попыталась метнуть, но он ударился рукоятью в землю.
– Например, самый известный из таких амулетов – Паутина Лжи. Он пьет жизненную силу противника, когда он лжет. Такие амулеты используют на допросах. С появлением таких амулетов пытки почти отменили.
– Ну что, наслушались? Пошли делить трофеи! – Клэр вскочила на ноги.
– А там не все еще разобрали?
– Мне нужны не амулеты, доспехи или оружие, хотя и это неплохо. Мне нужна коллекция редких ингредиентов для изготовления зелий, которую собирал Черный Дрозд. Там есть пара моих вещиц, да и вся коллекция – просто сокровище.
– Кровь химеры – моя! – я тоже поднялась на ноги и одним движением заставила встать Сирену и Антеллу. Клэр подняла брови.
– Кровь химеры? Ты шутишь? Дрозд не самоубийца. Даже каплю крови химеры никому и никогда не удавалось добыть. Говорят, этим занимался сам Роггенхельм, но и он не справился.
Это ведь был последний ингредиент для создания Амнезии… Роггенхельм его не достал. Почему? Он ведь так хотел забыть смерть Ваомдл. Не смог? Или не захотел? Понял, что это слишком опасно? Тогда остается открытым вопрос – как достать каплю крови химеры?
– Рита, зачем тебе кровь химеры?
Внезапно в мои мысли ворвалось что-то колючее и опасное. Холод иголочками пробежал по всему телу. Я упала на колени, сжимая голову руками. Как только я переключилась на слух в Инт-диапазоне, горло обжег Крик, но я услышала только звериный рев, жуткий рев, взрывающий голову, кровью стучащий в ушах. Рядом со мной Сирена зажала уши руками и замотала головой, пытаясь не слышать ничего. Принцесса непонимающе смотрела на нас, а Клэр выдернула из-за спины арбалеты и поставила защиту. Ан последовала ее примеру – на всякий случай. В следующую секунду из-за палаток вылетело
Бледно-зеленый, неприятно переливающийся шар, утыканный иголочками-льдинками, висящий в воздухе на высоте метра и примерно такого же диаметра. С его появлением рев стал настолько громким, что я не выдержала и создала полог, поглощающий звуки, для себя и Сирены. Мир окутала тишина.
– Это химера, – голоса Клэр я не слышала, но прочитала по губам. Да и что можно было еще сказать?
Я протянула руки вперед и закрутила кистями, создавая нечто среднее между смерчем и водоворотом. Химера покрутилась и вдруг выпустила залп ледяных игл. Я прикрыла щитом себя и Антеллу – ее огненная защита опала, как только она увидела химеру. В мою голову хлынули воспоминания о прогулках с Фредериком, о встречах тайком в замке, о предложении отправиться вместе, вырваться из-под опеки матери-королевы. О счастье, затапливавшем сердце, когда они просто шли рядом, говорили – говорили обо всем. И о парализовавшем смертельном ужасе, когда она баюкала на руках его останки.
Вырвавшись из объятий видения, я подняла принцессу на ноги и заорала ей в ухо, открыв полог в одну сторону.
– Не смей сдаваться, слышишь? Не смей!!!
Оставив на ней защиту, я превратилась в сову, бормоча фразы на древнем языке о создании Водяных Когтей. Звуки не достигали моих ушей, но я буквально кожей ощутила, что кто-то из моих спутниц крикнул «нет!». Взвихрив холодный воздух, я бросилась на химеру, выставляя когти. Новый залп игл скорость мага воздуха позволила мне изрезать и отбросить в полете. Выпустив когти, я бросилась вперед…
Струя кипятка отшвырнула меня в сторону, выламывая крылья, делая бесполезными поломанные перья. Я чуть не сварилась заживо. Прокатившись по земле и переломав себе все окончательно, я услышала собственный пронзительный совиный крик. Боль продолжала ломать тело.
Нет. Я не умру. Только не так. Только не сейчас. Я не могу умереть сейчас, победив целую армию и Черного Дрозда впридачу! Я же сильная…
Я тихо плакала, слезы жгли открытые раны.
Не могу, не могу я бросить друзей сейчас!
