Я не заканчиваю фразу, потому что при этих словах мой собеседник отчётливо напрягается.
– Вы его ели?
– Нет… пока, – отвечает Лукас. – А что? Надо было?
– Смотря какой результат вас интересует… Если не станете его есть, то окажетесь здесь, внизу, среди отверженных. Таких, как я и все они. – мальчик обводит рукой подвал. – Если же вы, наоборот, решите съесть его, тогда останетесь в Каприи и станете рабами, будете заниматься такими делами, как
готовка
уборка
работа в саду
охота
рыбалка…
– Эти отверженные – отверженные кем? – уточняет Лукас.
– Разумеется, королевой! – от этих слов меня охватывают жалость и сострадание к этому бедняге.
И тут я поняла две вещи. Первая – хотя всё и кажется абсурдом, это происходит в действительности. И вторая – моё впечатление от королевы тоже соответствует действительности. Похоже, она и правда злая.
– Итак, ты хочешь сказать, что бы мы ни сделали, добром для нас это не кончится, – резюмирует Лукас.
– Верно мыслишь, парень! Кстати, я Ансель. Сижу здесь взаперти столько лет, что уже и счёт потерял… И за все эти годы вы первые, кто входит сюда не с закованными руками.
– Годы?! Сколько же тебе лет? – изумляюсь я. – Ты мог бы быть моим одноклассником!
– Здесь не существует возраста, потому что время здесь стоит на месте, – объясняет Ансель. – Королеве Кристалл, чтобы вы понимали, уже около трёх столетий. И мы нужны ей, чтобы оставаться молодой. Мы – то есть дети.
Я оглядываюсь по сторонам, чтобы получше разглядеть темницу. Многие мальчики и девочки спят или слишком грустны и больны, чтобы говорить. Зато Анселю хватит энергии, чтобы остановить поезд!
– И как она это делает? С помощью шоколада? – спрашиваю я.
– Молодец, пять! Волшебный шоколад вводит в транс, и дети теряют волю и становятся рабами королевы. Так она и остаётся молодой – благодаря нашей юности. Когда я отказался его есть… Что ж, сначала она была любезной, а кончилось тем, что я оказался здесь, в подземелье, с остальными отверженными. Если она пообещала вам, что вы вернётесь домой… То всё, пиши пропало. Могу приготовить вам местечко, если хотите.
– Так вот для чего нужна эта униформа, – шепчет мне Лукас.
Я вскидываю руку, призывая его немного помолчать. Слишком много информации! Зачем бабушка подарила мне ключ, который ведёт в такое место? Она что, хотела, чтобы меня посадили в темницу и я больше никогда не вернулась домой?! А что, если и её держали в плену, как Анселя? Не уверена, что в этом есть смысл… Но всё может быть!
– Мне жаль тебя расстраивать, но на нас не рассчитывай, – говорит Лукас, – потому что мы-то уже знаем, как вернуться домой.
– Что, правда? – бормочу я. Лукас подталкивает меня локтем, и я поспешно исправляюсь. – А, ну да. Да, конечно.
– И как же? – с сомнением спрашивает Ансель. Его брови ползут вверх.
– Так мы тебе и рассказали! – заявляет Лукас, скрещивая руки на груди.
– Вам не победить королеву Кристалл, не зная её истории… А я мог бы вам её рассказать. Ну, а вы за это вытащите меня отсюда.
Лукас колеблется, но я уже приняла решение. Не можем же мы оставить этих ребят томиться здесь, в подземелье, целую вечность! Это жестоко! Поэтому я протягиваю Анселю руку для рукопожатия, чтобы скрепить уговор: он рассказывает нам всё, что знает, о том, как победить королеву Кристалл, а мы помогаем ему вернуться домой.
Ансель улыбается слегка насмешливо и усаживается на пол. Похоже, он устраивается поудобнее, а это может означать только одно: история будет довольно длинной. Жестом он предлагает нам сесть перед ним. Будь здесь Кэти, она бы ни за что этого не сделала. Пол мокрый и грязный, воняет мочой, и, по-моему, в углу только что мелькнула крыса.
Мальчишка откашливается, разминает шею и начинает рассказывать историю королевы Кристалл.
