– Тогда вы видели, какой он славный ребенок. Кроме того, у меня есть младшая сестра, которая только первый сезон в свете. Видите, милорд, у нас немного денег и слишком большая семья, о которой необходимо заботиться. Я чувствую себя виноватым, но я никак не препятствовал сэру Хэмфри, потому что мне самому нужны были деньги. Вы и представить себе не можете, как тяжело жить с таким грузом на сердце! – Винфилд вновь закрыл лицо рукой.
Виконт с сомнением смотрел на Винфилда, размышляя, говорит ли тот правду или просто хороший актер. Дослушав его, Сарсбрук кивнул.
– Я сказал вашей сестре, что положил деньги на ее имя. Но она отказалась принять их.
– Она была слишком расстроена, милорд. Я надеюсь, вы понимаете, что она должна была чувствовать. Пандора с раскаянием думала о том, что все стало известно. Она попросила меня передать вам, что не желает никаких денег, только бы вы не раскрывали ее тайны. – Винфилд многозначительно посмотрел на Сарсбрука.
– Я уже заверил ее, что никому не расскажу. И я не понимаю, почему она отказывается принимать помощь от меня. Мой дядя хотел, чтобы я позаботился о ней.
– Но Пандора была непреклонна в своей решимости не принимать деньги, милорд. И она попросила меня вернуть ожерелье. Я думаю, что она считает… неправильным, если ожерелье останется у нее. Это будет лишним напоминанием… – Винфилд помедлил и многозначительно посмотрел на Сарсбрука, – о ее позоре.
Сарсбрук взглянул на изумруды.
– Ожерелье принадлежит вашей сестре. Мне оно не нужно. Верните его мисс Марш. Если она считает, что это – болезненное напоминание, она может его продать. Если она не желает принимать деньги, пусть возьмет ожерелье. Так и передайте ей.
Винфилд поднялся с кресла, удовлетворенный. Беседа прошла в точности так, как он рассчитывал. Скрыв свое ликование печальным выражением лица, он кивнул.
– Вы очень добры, милорд. Я передам ей то, что вы сказали. Я уговорю ее принять ожерелье.
– Очень надеюсь, – сказал виконт, подавая ему футляр. Он заключил, что Винфилд Марш – изрядный плут. Он определенно считал, что деньги дороже, чем честь его сестры. – Вы должны передать также, что, если она передумает, ей достаточно будет только поставить меня в известность. Я буду рад принять ее.
– Я передам ей, милорд, – сказал Винфилд.
Сарсбрук слегка нахмурился, наблюдая, как молодой человек, поклонившись, вышел из библиотеки. Он цинично подумал, что так или иначе однажды вновь услышит о Пандоре. Он не сомневался, что ее брат приложит все усилия, чтобы заставить сестру принять его помощь.
Винфилд уезжал из дома Сарсбрука, будучи вне себя от радости. Очень довольный беседой, он поздравил себя с тем, как удачно провел Сарсбрука. Винфилд хотел помчаться вниз по улице, но вместо этого он с достоинством уселся в фаэтон и напевая отправился домой.
Пока Пандора с волнением ожидала возвращение Винфилда, ее отец и Лиззи приехали от перчаточника. Лиззи была в полном восторге от перчаток из кожи козленка, которые она купила. Она без умолку болтала о прогулке по магазину и описывала модно одетых дам, которых там увидела.
Мистер Марш был по обыкновению в хорошем расположении духа. Изрядно проголодавшись, он послал на кухню приказ раньше подать ленч.
Пандора и Лиззи с отцом заняли места за столом. Позже к ним присоединился Николас, и они принялись за баранину с картофелем.
– Николас, – спросил мистер Марш, – ты хорошо позанимался с мистером Мэйсоном?
Николас поморщился.
– Наконец он перестал ворчать на меня. Спасибо джентльмену, который приходил к Пандоре сегодня утром.
Мистер Марш с удивлением посмотрел на старшую дочь.
– К тебе кто-то приходил?
– Да, – ответила Пандора. – Я как раз собиралась рассказать вам.
– Знаете, он настоящий лорд, – сказал Николас. – И еще он знает греческий. Он сделал мне отличный перевод. Мистер Мэйсон сказал, что я хорошо справился с заданием.
– Лорд? – переспросила Лиззи. – Почему ты ничего не рассказала, Пэн?
– Не успела, – сказала Пандора.
– Кто это был, Пэн? – спросила Лиззи. – Не мучай нас.
– Виконт Сарсбрук.
– Сарсбрук? – спросил мистер Марш. – Я слышал о нем. И он был здесь? По поводу ожерелья?
– Да, папа. Это покойный дядя Сарсбрука прислал ожерелье. По ошибке.
– Конечно, по ошибке, – сказал мистер Марш. – А ты отдала ему ожерелье?
– Он не захотел забирать его. Когда Винфилд пришел домой, я попросила его отвезти изумруды лорду Сарсбруку. Он должен скоро вернуться.
– Странно, что ожерелье не имеет для него значения, – сказал мистер Марш.
– Нет, это же хорошо! – воскликнула Лиззи. – Разве не лучше, что Винфилд навестит его? Теперь он знаком с Сарсбруком. А как замечательно было бы, если бы он пригласил нас на обед или на бал!
– Лиззи, – перебил мистер Марш. – Твое воображение опять опережает события. Я знаю, мой сын– симпатичный малый, но едва ли он сразу станет лучшим другом лорда. Нет, моя дорогая, я сомневаюсь, что мы когда-нибудь еще услышим о Сарсбруке.
– Кто знает, – с надеждой сказала Лиззи. – Пандора, а как он выглядит? Сколько ему лет? Он, наверное, сногсшибательный.
