Картина всего паломничества получалась следующая. Перед преодолением перевала Отшельников император, невзирая на то, с наследником он прибыл или сам, каким-то способом, скорее всего дистанционно, поднимал на телескопических ногах обе «Пирамидальные смерти», а раз в два или три визита позволял себе сделать несколько громких и впечатляющих «ба-бах» по окружающим горам. Затем ему, или им, предоставляли скоростную карету и, меняя несколько раз в пути лошадей, доставляли в Чаолу. В столице княжества всё уже зависело от воли, желаний и настроения Гранлео. Порой он задерживался и больше чем на неделю, участвуя в пышных празднествах, карнавалах и церемониях, посвящённых его визиту. Порой его пребывание проходило тихо и незаметно, но всегда деловая часть паломничества состояла из четырёх дней. Первый он посвящал обследованию всего, что касалось диспектсора. В том числе и приводил в надлежащую готовность имеющиеся внутри таинственного устройства многочисленные приборы, силовые установки и передвигал собственноручно тяжеленные накопители. При этом Гранлео, если находился в Чаоле без сына, никогда никого не брал себе в помощники, страшно уставал, несмотря на свою легендарную силу, и полностью выматывался к концу первого дня.
К моменту допроса Виктор уже знал о сути диспектсора и мысленно видел, что такое представляют эти накопители. Известны ему были и весовые характеристики этих основных элементов: около ста шестидесяти килограммов каждый, поэтому немало подивился двужильности правителя Сангремар. Мелькнула мысль, что именно для этого паломничества как раз и появлялся новый «сын» к определённому сроку. В ином случае наследник мог бы появиться и после стодвадцатилетнего возраста «папаши».
А княжич тем временем продолжал взахлёб рассказывать о каждом шаге высокого гостя.
На второй день Гранлео, как правило, не напрягался. Проводил профилактический осмотр атомного молекулятора, перенастраивал по просьбе князя работу этого устройства, в результате чего некоторые позиции производства продуктов убирались, а некоторые добавлялись. Таким образом, в отделённом от остального мира государстве всегда наличествовал некий дефицит вкупе со сменой надоевших продуктов питания новыми.
К вечеру второго делового дня император отправлялся к реакторам и менял их режим работы: один пробуждал, заставляя давать энергию для диспектсора, атомного молекулятора и драконов, а второй переводил в режим релаксации и «поднакопления». Именно такой принцип действия считался самым оптимальным, экономичным и долгосрочным для поколения реакторов системы «изотопы+разница температур». Если подобная пара реакторов работала в чередующем режиме, то надёжно давала энергию, по утверждениям специалистов, сроком до двух с половиной тысяч лет. Неслабо собирались здравствовать поколения Гранлео!
Ну а третий и четвёртый день владыка или сын из семейной парочки владык Сангремара проводил опять в диспектсоре. На этот раз безвылазно и без единого выхода для приёма воды или пищи. Как ни странно, но после двух суток затворничества он поднимался наверх посвежевший, выспавшийся, со зверским аппетитом и чаще всего в прекрасном настроении. Ну и дальше отдавался либо своим страстям и порокам, либо, в случае надобности, поспешно возвращался в Шулпу. По его личным утверждениям и высказываниям об этих днях, он «молился своему божеству». По некоторым догадкам Виктора и явным указаниям в найденном дневнике – просто спал или проводил время под гипнозом на центральном устройстве диспектсора. Причём устройство это во всех мирах и вселенных считалось бы античеловечным, антигуманным и подлежало бы тотальному немедленному уничтожению. Причём вместе с его создателями и разработчиками. Конечно, казнили бы лишь в том случае, если бы все галактические сообщества каким-то образом узнали про диспектсор. А так, насколько помнил Менгарец, никогда о подобном преступном опыте не говорилось и не упоминалось. Скорее всего, местная разработка являлась уникальной и была построена в единственном экземпляре. Недаром прибывшие сюда колонисты специально отыскали такую звёздную систему, в которую, по пока ещё не выясненным обстоятельствам, не залетал ни один исследовательский корабль. Увы, таких мест во Вселенной имелось бесчисленное множество, и отыскивали их редкие баловни фортуны лишь по счастливой случайности.
Допрос пленного закончился уточнением чисто технических деталей: толщина свода над озером Шулугар, количество притока и оттока воды, количество наружной и внутренней охраны, дальность местонахождения реакторов и ожидаемая реакция князя на пленение сына. При последнем вопросе бледный от переживаний Люжир проявил неожиданную твёрдость, заявив:
– Мой отец и пальцем не шевельнёт для моего спасения, если взамен будет ставиться условие проникновения к диспектсору.
– Почему?
– В случае предательства император Гранлео уничтожит всю нашу семью до самых дальних родственников и поставит на трон нового князя. Так что лучше пожертвовать мной. Иного не дано.
