– Не будем об этом, – перебил ее Андрей.
– Ну расскажи! – ее глаза засверкали. – Пожалуйста, ну что в этом такого?!
Андрей любил допытываться у своих любимых женщин об их интимной жизни. Но оказался совсем не готов отвечать на вопросы о себе.
– Расскажи!.. – требовательно повторяла Эльвира.
– Хватит! – сурово прервал ее Андрей. Ему тоже хотелось узнать о жизни Эльвиры, но он не решался спрашивать ее об этом – боялся спровоцировать конфликт, зная вспыльчивый нрав девушки. Эльвира повернулась на живот и лежала, едва не касаясь Андрея. Но теперь это вызвало у него раздражение. Она заметила его строгий взгляд, перевернулась на спину и натянула на себя одеяло, оставив оголенной одну ногу.
– Скажи, то, что ты делал со мной сейчас, – это впервые у тебя? – с безжалостной прямолинейностью спросила Эльвира. Она высоко подняла ногу и сделала вид, что любуется ею.
– Ты любишь пикантности?
– Да, – она продолжала играть ногой.
– Не хочу об этом говорить! – Андрей повысил тон.
Эльвира упивалась своей властью над ним. Она ощущала себя единственной и неповторимой и знала, что такой она была не только для него.
– В этом нет ничего стыдного. Всего лишь всплеск чувств, – пыталась успокоить Андрея Эльвира. – Когда люди любят друг друга, они делают такие вещи.
– Не только, когда любят. Бывают просто испорченные люди, – буркнул Андрей.
– А ты испорченный? – кокетливо спросила Эльвира.
– Не знаю. Смотря что понимать под испорченностью.
Их разговор стал чуть мягче.
– Для кого как. Мне, например, мама всегда говорила, что нельзя с мужчиной до свадьбы в интимные отношения вступать. А я вот какая!
– Какая?
– Испорченная, – рисуясь, ответила Эльвира. – Знаешь, мне все-таки кажется, мы действительно произошли от обезьяны. Дарвин был прав.
– Хм! Это ты про наши инстинкты?
– Да! Мы впадаем в какую-то ярость, когда возжелаем объект нашей страсти. Мы готовы съесть его.
– Но теория Дарвина о другом.
– Неважно! Ты согласен, что это так?
– Не знаю. Наверное, ты права.
– Кстати, женщина немного по-другому любит, – потягиваясь, сказала Эльвира. Блаженное состояние медленно перетекало в серьезный разговор.
– А как женщина любит? – с любопытством спросил Андрей, разглядывая крошечную овальную родинку между грудями Эльвиры.
– Женщина любит мужчину за что-то. За мужские качества, силу, доброту, самоотверженность.
– А мужчина?
– Мужчина может любить женщину просто так. За то, что она есть.
– Уверена?
– Да, я много об этом читала.
– Интересно, за что я тебя полюбил?
– Ни за что. Возможно, я тебе кого-то напоминаю. Или я твой типаж.
– Типаж?
– Да, доказано, что мужчинам нравятся женщины одного и того же типа. Не обязательно внешне, могут привлекать взгляд, движение, улыбка, выражение эмоций, даже манера одеваться.
– А как тебе версия, что женщины нас сами выбирают? Что они нам посылают некие сигналы и активируются эти, как их, феромоны. Они летят в нас и дают сигнал о том, что женщина готова к ухаживаниям.
– В этом есть доля правды.
– Доля или вся правда?
– Как скажешь!
Наконец Андрей все-таки решился задать вопрос, который мучил его с самого начала вечера.
– Твои отношения с Лешей какой сейчас этап переживают?
– Что, прости? – Эльвира съежилась.
– Я хотел спросить, как ваши отношения с Лешей?
Эльвира растерялась, ее глаза забегали, пытаясь спастись от его буравящего взгляда. Кровь у Андрея закипела, но он все же переборол себя.
– Он на учениях под Архангельском. Уехал на месяц.
– Пишет тебе?
– Да, пишет! Вот сегодня письмо получила, – как будто похвасталась Эльвира. Андрей пристально смотрел на нее. Его дыхание участилось, на лбу выступили капельки пота.
– Я же тебе говорила, что мы с ним друзья.
– Я не собираюсь тебя допрашивать!
– Послушай! – перешла в наступление Эльвира. – У каждого человека есть друг, так сказать, отдушина, с кем ты можешь обо всем поговорить, с кем тебе интересно, с кем тебе надежно.
Андрей слушал ее, и вновь ему не хватало решительности, чтобы высказать ей все. «Неужели спать с друзьями – это нормально?» – возмущался он про себя.
– А кто у тебя друг? – поинтересовалась Эльвира. – С кем ты дружишь? Я тебя совсем не знаю.
Андрей не хотел ничего ей рассказывать.
– Ну скажи, пожалуйста, кто твой друг? Мне так интересно!
– Ты все равно его не знаешь.
– Сколько ему лет? – не слушая Андрея, зачастила Эльвира. – Чем он занимается?
Андрей сдался. В конце концов, это лучше, чем снова начать ругаться.
– Пятьдесят три года ему.
– Что?!
– Да, пятьдесят три, – повторил Андрей.
– Ничего себе! Вы работаете вместе?
– Нет, мы просто дружим.
– А чем он занимается? – напирала Эльвира.
Андрей задумался. Он не собирался рассказывать ей об Амиране, но в то же время ему хотелось выговориться. Было тяжело осознавать, что друга нет рядом, что он уехал на войну и неизвестно, как он там. Амиран обещал звонить каждую субботу, но в последний раз они разговаривали две недели назад, и Андрея это очень беспокоило.
– Ты не хочешь говорить о нем? – заметив колебания Андрея, спросила Эльвира.
– Нет, наоборот. Я очень скучаю по нему!
– А чем он занимается? Его сейчас нет в городе?
– Да, он уехал на войну добровольцем.
– На войну?