Отряд приблизился к мосту метров на двести. Оказалось, что абхазы уже подвели сюда бронетехнику.
– Будем принимать бой или уйдем? – спросил Амиран, обращаясь к Нодару. – У них преимущество в живой силе и технике.
– К тому же у них два снайпера там! – добавил Нодар.
– Нам надо уходить, – вмешался Тенгиз.
– Самолеты российские? – спросил Гиорги.
– А чьи ж еще? – ответил Нодар. – Ладно, отходим. Если положение дел за сутки не изменится, покинем город.
Это решение, хотя оно и было, по сути, капитуляцией, все восприняли с облегчением. Сражаться дальше смысла не было. Подмоги не будет, к тому же над головой с ревом летали штурмовики, вселяя во всех ужас.
Отряд направился по дороге в сторону Гульрипша. Шли пешком. Машины пришлось бросить, так как бензина в баках уже практически не осталось. Дойдя до автобусной остановки, они наткнулись еще на один абхазский отряд – человек восемь, рядом стояла «Волга» серого цвета. Абхазы о чем-то говорили, не обращая особого внимания на происходящее вокруг.
– Тут вроде никого, кроме этих, – пробормотал Нодар, глядя в бинокль.
– Будем биться? – спросил Гиорги.
– Другого выхода нет, их уже не обойти.
Своих бойцов в отряде было семеро: Нодар, Амиран, Пата, Гиорги, Андрей, Тенгиз и Рамаз – и еще четверо из тех, с кем они сидели у костра.
– Нас одиннадцать человек, попробуем их выбить! Разделимся и атакуем с двух сторон. Я начну первым! – объявил Нодар.
Густой туман вокруг, пронзительный звон в ушах, который грозил порвать барабанные перепонки, и пыль, такая густая, что от нее слепило глаза… Эхо от мужских криков вывело Андрея из забытья. Он лежал под грудой камней и кусков асфальта. Происходящее казалось ему сном. Где-то стреляли из автомата. Но очереди почему-то были медленные и напоминали удары палкой о металлическую стену. Звуки доходили до Андрея с задержкой. Когда пыль рассеялась, он с усилием повернул голову и увидел лежащего на животе Пату. Из его носа тек багровый ручей. Глаза Паты были открыты, в них застыло нетипичное для него выражение – равнодушное и спокойное. Рядом с Патой валялась его снайперская винтовка, высыпавшиеся из рюкзака рожки, маленькая аптечка и какие-то тряпки.
Андрей продолжал лежать, ощущая всем телом тяжесть камней. Он не очень понимал, почему асфальт очутился сверху и почему он, Андрей, лежит посреди дороги. Становилось тяжело дышать, что-то мелкое и острое заполняло гортань. Андрей закашлялся. Он попытался пошевелиться, но это оказалось почти невозможно, будто он пытался толкать грузовой автомобиль. Оставив бессмысленные попытки освободиться, Андрей повернул голову в другую сторону и увидел Нодара. Тот лежал на спине, раскинув руки. Андрей понял, что, скорее всего, Нодар тоже убит.
Чуть поодаль Амиран отстреливался из пистолета. Он целился то вправо, то влево, его глаза были сощурены, борода побелела от пыли.
Все происходило как будто в замедленной съемке. Пистолет Амирана дергался в его правой руке, буквально подпрыгивая. Гильзы вылетали одна за другой, переворачивались и под воздействием гравитации падали. До Андрея стало доходить, что они оказались в окружении. Амиран сделал еще несколько выстрелов и подбежал к Андрею. Амиран раскрывал рот, но глухие звуки, которые он издавал, были непонятны Андрею.
Амиран перезарядил пистолет, отошел на несколько шагов в сторону и продолжил, пригнувшись, стрелять. Вдруг непонятно откуда на Андрея навалился абхаз с окровавленными щеками. Он сжал пальцами горло Андрея и начал его душить. Схватка продолжалась несколько секунд, слюна абхаза капала на лицо Андрея. Он уже задыхался, но сил сопротивляться у него не было, все его тело в буквальном смысле онемело, в глазах стало темнеть. Вдруг Андрей почувствовал, что вместо слюны на него стекает какая-то густая теплая жидкость. Через мгновенье он увидел обезумевшие глаза абхаза и торчащую из его шеи рукоятку ножа. Руки абхаза ослабили хватку, и он рухнул на землю. Постепенно к Андрею вернулся слух, в ушах опять зазвенело, звуки впивались в голову острыми иглами:
– Ты жив? Ты жив? – кричал Амиран. В его глазах читался испуг.
Андрей кивнул, но ничего не ответил.
– Вставай быстро, – Амиран вытянул Андрея из-под обломков.
Андрею повезло, его не очень сильно привалило. Он попытался сделать вдох, но не смог. Силы оставили его, и он буквально повис на руке Амирана.
Бойцы быстро покидали поле боя. Амирану приходилось тащить на себе Андрея и отстреливаться. Он то и дело оборачивался, стреляя почти не целясь. Когда патроны кончились, он, продолжая держать друга, одной рукой достал из кармана своей жилетки новую обойму и ловко вхлопнул ее в рукоятку своего пистолета. Андрей, все еще в каком-то заторможенном состоянии, поискал взглядом остальных, но заметил лишь Тенгиза и Гиорги.
– Давай, давай! – подгонял Андрея Амиран. Он успокоился, убедившись, что с парнем все в порядке. – Вперед! Уходим!