Андрей вздохнул с облегчением. Маргарита озвучила то, о чем он не решался сказать себе сам. И хотя его натура по привычке требовала что-то срочно предпринять, в глубине души он понимал, что Маргарита права: нужно плыть по течению, это, наверное, единственный шанс не утонуть. Покориться. Россия, словно недостроенная плотина, ждала гигантскую волну цунами, которая приближалась медленно, но ее уже было видно в бинокль.
– Ты знаешь, – снова заговорила Маргарита, – я вот смотрю на свою жизнь. Я ею недовольна. Денег мало, мужчина, который рядом, меня ни во что не ставит. На работе много проблем….
– А какие проблемы в школе? – перебил ее Андрей.
– Ну зачем тебе они? Все мои проблемы и рядом не стоят с твоими. Я всю жизнь живу, как лягушка в болоте. Но вот только теперь я понимаю, насколько моя жизнь мелочна, грустна и скучна.
– Ты хочешь таким образом утешить меня? – взволнованно спросил Андрей.
– Нет, я просто ощущаю себя букашкой на твоем фоне. Я понимаю, насколько моя жизнь ничтожна. Знаешь, о чем я постоянно думала в недавнем прошлом? – Маргарита не отрываясь смотрела на Андрея, и ему казалось, что она его целует глазами.
– О чем?
– Я думала о том, как наставить рога мужу. Меня эта мысль не покидала. Я спала со всеми подряд, лишь бы ему насолить. Я презирала его.
– Прекрати! – одернул ее Андрей.
– Я хочу, чтобы ты понял, что такие, как ты, – титаны мира, титаны этой жизни. Вы герои своего времени. Помнишь Лермонтова?
– Помню! – мрачнея, ответил Андрей. – Особенно «Фаталиста».
– А еще я думала, что все богачи – мерзавцы, аферисты, алчные и жестокие люди. Нас этим пичкали с детства в Союзе: богатство – это плохо; все, у кого есть деньги, – воры, спекулянты и мошенники.
– Ну и что ты можешь сказать после знакомства со мной? – подколол ее Андрей.
– После знакомства с тобой мое мнение изменилось. Ты хороший человек. Ты единственный мужчина, который дал мне возможность почувствовать себя женщиной.
– Спасибо большое!
– Так что не волнуйся. Будь что будет. Ты талантлив, ты выкарабкаешься.
– Знаешь, чему учили меня родители, особенно отец, в детстве? – Андрей облокотился на спинку скамейки, наблюдая за роем мошкары у фонаря.
– Ну много чему, наверное, они тебя научили.
– Нет, я это запомнил, как ничто другое!
– Ну?
– Я помню, когда уезжал в Ленинград учиться, отец сказал, что мы – это наши решения. Поступки следуют за решением.
– На сто процентов согласна.
– Останемся не мы. Мы не вечны! Останутся результаты деятельности, то есть уже производные от наших решений.
– Н-да. Не выйди я замуж за моего мужа, – вздохнула Маргарита, – моя жизнь сложилась бы совсем по-другому. Но я была молода, и он от меня не отлипал с четырнадцати лет.
– Вы выросли вместе?
Маргарита кивнула.
– В Самарской области. Он на пять лет старше меня. Я вышла за него замуж, когда мне исполнилось восемнадцать. Он учился в училище, а я с ума по нему сходила, писала письма. А потом… вот как получилось. Раньше было понятнее все, что ли. Помнишь, нас родители учили: вот закончишь школу, будет так, вот выйдешь замуж, будет эдак. А сейчас черт знает что.
– Да! Вот я, например, даже не окончил свой институт, а вроде чего-то добился в этой жизни.
– В советское время ты был бы заштатным инженером на каком-нибудь заводе или в лаборатории. Но все изменилось, а ты стал крупным бизнесменом.
– Да уж, крупным! Еще немного – и я останусь без работы.
– Прекрати! Бизнесмен – это не профессия. Это как группа крови. Даже если ты все потеряешь, все равно не бросишь бизнес.
– Да, наемным работником я уже никогда не стану. В общем, я им был последний раз на овощебазе на втором курсе. Сто лет назад.
– Поэтому не вешай нос. Все будет хорошо! Опыт – это всегда определенный сигнал, а плохой опыт – это вообще божья благодать.
Маргариту было уже не остановить. Андрей слушал ее, как слушают включенное фоном радио, не особо вникая, что говорит диктор.
– На самом деле нас формирует наш плохой опыт, – увлеченно продолжала Маргарита. – Когда мы учимся ходить, то поначалу падаем. Потом школа: двойки, прогулы. А вспомни, как мы тяжело по молодости переносили неудачи в личной жизни. Нам казалось, что хуже ничего и быть не может. Но проходит время, эмоции утихают, остаются память и опыт. Когда муж первый раз мне изменил, вернее, когда я узнала, что он изменил, я хотела разводиться, ушла из дома. Я тогда была беременна. Он просил прощения, поклялся больше этого не делать. И я ему поверила. А он спал с моими подругами. Я поняла, что воевать бесполезно. Надо или разводиться, или терпеть. Я поставила ему ультиматум, что мы гуляем равноценно друг другу. Если он идет, то и я иду. Он принял мои условия. Даже рад был.
– Прямо рад? Не верю.
– Почему не веришь? – удивилась Маргарита.
– Потому что мужчина никогда не смирится с тем, что его женщина будет принадлежать кому-то другому.
– Ты судишь по себе. Ты не эгоист, а когда мужик постоянно думает лишь о том, кому бы вставить, то ему нет дела до своей жены.
– Хочешь сказать, что он эгоист?