Квартира родителей Милы оказалась хорошо и дорого обставлена, а в гараже главы семьи стояла мощная «Тойота Ленд Крузер». Дома при всех отец изображал из себя серьезного предпринимателя. «Я очень богатый человек», – несколько раз за вечер повторил он, со значением глядя на Андрея. Мол, знай наших. Андрея это позабавило. Еще больше он удивился, когда узнал, что на людях родители Милы изображают из себя чуть ли не нищих, а отец ездит на пятнадцатилетнем «москвиче».
Мать Милы Андрею не понравилась: полная, с грубым мужеподобным лицом и хмурым оценивающим взглядом. Она выглядела неухоженной и носила старомодную одежду. Мила со своими мягкими, аккуратными чертами была совершенно на нее не похожа.
В семье был еще один ребенок – восьмилетний Ярослав, симпатичный блондинчик. Единственный член семьи, с которым Андрей сразу нашел взаимопонимание.
Мила сильно привязалась к Андрею и не скрывала, что боится его потерять. А он все копался в себе, оценивая свои чувства. Ему казалось, что он недостаточно ее знает.
Когда Мила работала во вторую смену, Андрей приходил к ней домой по утрам. Родители к этому времени уходили по делам, Ярослав отправлялся в школу, и Андрей с Милой могли побыть наедине. Поначалу они только целовались и смотрели фильмы: Мила была не из тех девушек, которые ложатся в постель после первого свидания и бокала мартини.
Но как-то, когда Андрей в очередной раз завтракал у Милы, внезапно пришел ее отец, который не ожидал в столь ранний час увидеть такого гостя. Андрей застеснялся, словно студент. Отец Милы покачал головой, пробормотал что-то вроде «ну-ну» – можно сказать, благословил – и пошел разговаривать по телефону. Пока он ходил по квартире, то и дело заходя в комнату, где сидели Андрей с Милой, молодые люди переглядывались и уж совсем по-детски хихикали.
А когда отец ушел, они начали целоваться, потом Андрей стал раздевать Милу. Она явно смущалась, но особо не сопротивлялась. Андрей впервые увидел ее без одежды, и она ему очень понравилась – гладкая смуглая кожа, широкий женственный таз, проколотый пирсингом пупок.
– У тебя презерватив есть? – внезапно посреди процесса спросила Мила.
– Да! – выдохнул он.
Как ни странно, эта близость совершенно не запомнилась Андрею. Хотя он и почувствовал себя снова студентом начальных курсов, сильного удовлетворения он не испытал. «Странно, что так! Может, просто не моя женщина», – думал Андрей, когда Мила ушла в душ.
Строительный бизнес медленно, но верно оживал. Появились первые дольщики, и проект в Невском районе обещал оказаться весьма успешным. Но Андрей сам себе создал сложности, решив не использовать деньги дольщиков. Он положил их на специальный счет до окончания строительства. И теперь приходилось экономить. Андрей выделил себе тысячу долларов в месяц на расходы и старался не выходить за рамки бюджета. Долгое время Андрей обходился без машины – в тяжелые времена все пришлось продать. Сейчас он приобрел подержанную «девяносто девятую» цвета мокрого асфальта.
Отношения с Милой развивались: появилась страсть. За весну они ни разу не поссорились. Мила постоянно звала Андрея на дачу в Сосново, но он старался приезжать, только когда там не было ее родителей. Их общество было ему не очень приятно. Уж лучше посидеть вдвоем в загородном ресторане. Мила, как правило, не возражала.
Феликс продолжал встречаться с разными дамами и все так же безуспешно подбивал Андрея последовать его примеру. Но все мысли и время Андрея занимала Мила. Девушка явно хотела серьезных отношений, то и дело намекая ему, что пора бы определиться. Андрей отмалчивался, всякий раз под благовидным предлогом меняя тему. Помимо сомнений, которые не давали ему покоя, тому была еще одна причина.
Свою шикарную квартиру на Петроградке Андрей был вынужден продать, когда запускал строительный бизнес, и теперь ютился в съемной студии. Пока Андрей был один, это его устраивало, но приводить туда Милу он не хотел, поэтому им приходилось встречаться у нее дома или в гостиницах.
Эти скромные декорации их романа напоминали Андрею юность. И ему казалось, будто у него опять все в первый раз.
В любви они переходили все границы, доводя друг друга до исступления. Все было бы хорошо, если бы не проснувшееся опять у Андрея чувство собственника. Он не мог удержаться от того, чтобы не устроить возлюбленной допрос.
– Ты уже пробовала что-то подобное с другими? – спросил он Милу, когда они лежали, обессилевшие после очередной ночи неистового секса. Девушка вспыхнула от негодования.
– Ты о чем вообще?!
– Ну а что тут такого? Ты же встречалась с кем-то до меня, вот мне и интересно, насколько хорошо тебе было с ними.
Милу это объяснение возмутило еще больше.
– Да, у меня были романы, но это не повод обсуждать, что конкретно я делала в постели с другими мужчинами. Это меня оскорбляет, и я не хочу об этом говорить!
– А сколько у тебя было мужчин до меня? – не унимался Андрей, поглаживая ее обнаженное плечо.
Мила закатила глаза.