– Нет, что ты, мне интересно. Расскажи! – совершенно искренне попросил он.
– Одна из моих бабушек – немка. Родилась она в Ивано-Франковске, тогда это был польский город. Он назывался Станиславов. Перед самой войной вышла замуж за моего деда. Ну и началось… – Марина грустно вздохнула.
– А дед тоже немец?
– Нет, поляк! В тридцать девятом, когда Красная армия вошла на эту территорию, она отошла к Советскому Союзу и ее присоединили к Украине.
– То есть ты на четверть немка?
– Ну да, бабушка у меня арийка, – девушка с вызовом посмотрела в глаза Андрею. Тот ничем не выразил своего отношения к услышанному. Похоже, Марину это удовлетворило, и она продолжила.
– А в сорок первом немцы выбили оттуда наших и оккупировали всю Украину.
– И твои там были все это время?
– Да, они оставались в Ивано-Франковске до сорок четвертого года. Когда Красная армия вернулась и вышибла фашистов, местных немцев заставили уехать – в основном в Казахстан. Мои оказались в Семипалатинске.
– Но твой дед же был поляком? Его-то зачем сослали?!
– Там все попали под один каток, и потом дед не мог видеть, как его друзей ссылают, а он тут живет припеваючи.
– У меня тоже деда репрессировали в тридцать седьмом! – понизив голос, сказал Андрей. Он полностью доверял Марине и был уверен, что она не будет использовать эту тайну против него. – Он вышел в сороковом по амнистии, но при этом никогда не клеймил советскую власть. Как говорили, был настоящим коммунистом. И пошел воевать.
Дед Андрея Алексей Германович Лисицын прошел всю Великую Отечественную войну от первого до последнего дня. Начал с Украинского фронта, чудом вышел из окружения под Киевом в августе-сентябре сорок первого. Потом бился за Москву. Был тяжело ранен в Сталинграде. После лечения в госпитале участвовал в освобождении Украины и дошел через Польшу до Берлина. Под конец войны, уже в Германии, его чуть не убило миной. После войны служил в Восточной Пруссии.
– Кровавая «ежовщина», – с ожесточением сказала Марина. – Хотя кого тогда не репрессировали? Каждая семья прошла через эту мясорубку. Такая история.
Андрей понял, что Марина не только весьма образованна, но и очень свободна в суждениях. Несмотря на то что ей было всего восемнадцать, она рассуждала вполне по-взрослому.
– Ну и как они жили в Казахстане? – спросил Андрей, меняя тему. – Они тебе рассказывали?
– Нелегко, конечно! Но бабушка добрым словом вспоминает те времена. Постепенно все устроилось. В их городе жили русские, украинцы, казахи, немцы, корейцы – кого там только не было. Настоящая дружба народов. Бабушка рассказывала, что отношения между людьми были потрясающими. Все помогали друг другу. Никто своей национальностью не кичился.
– Это здорово! Все разные, и все дружили! – вставил Андрей.
– А потом бабушка и дедушка перебрались на Украину в Житомирскую область, там деду предложили работу на заводе. Он с радостью согласился – хотел переехать поближе к своей малой родине.
– Да, непросто все было, – добавил Андрей. – Люди были другие, это точно.
– Бабушка много мне рассказывала, когда я у нее гостила, – ответила Марина. Внезапно она замолчала, ее взгляд устремился куда-то в сторону. Андрей ждал, что она продолжит рассказ, но, когда девушка иронично усмехнулась, все же поинтересовался, что там происходит.
– Только не оборачивайся резко! Позади тебя мужчина пьет алкоголь из кофейной чашки. Коньяк, кажется. Ну и гримаса! – Марина прыснула, не в силах сдерживать смех.
Андрей медленно обернулся. За соседним столиком сидели две пары. Один из мужчин, немолодой, полноватый, со стрижкой «бобик», опасливо поглядывая по сторонам, что-то наливал в чашку из-под кофе, которую держал на уровне колен. Второй мужчина тоже наливал себе горячительный напиток в чашку побольше. Лицо его покраснело от напряжения и уже выпитого алкоголя. Напротив мужчин сидели две женщины. Они были гораздо моложе своих спутников, – явно не их жены. Женщины громко смеялись и кокетничали. Андрея почему-то возмутило их поведение, но компания действительно выглядела смешно.
– Зачем они это делают? – с улыбкой спросил он.
– Не знаю, может, хотят сэкономить? – предположила Марина. – Ты же видел, какой тут ценник! А со своим не разрешают, вот они и прячутся!
Наконец официант принес заказанные блюда: Марине хинкали, Андрею баранину.
– М-м-м! Как вкусно! – похвалил Андрей, прожевав первый кусок шашлыка. – Хорошее мясо, мягкое!
– Знаешь, я слышала истории, что в ресторанах иногда специально слишком сильно перчат мясо или маринуют его в уксусе, чтобы скрыть, что оно тухлое. И никто не замечает, – ехидно подметила Марина.
– Хочешь сказать, оно тухлое? Фу! – Андрей произнес «фу» особенно выразительно.
– Ладно! Не думай про это. Продезинфицируй.
– Давай! Я тоже хочу выпить. Что будем? – остатки неуверенности испарились – Андрей чувствовал себя вполне комфортно.
– Коньячку!
Андрея удивил выбор Марины. Она оказалась гораздо более раскрепощенной, чем он думал. Официант с усмешкой поинтересовался, сколько им лет, и предложил армянский коньяк.