Игоря было не узнать – он всю дорогу молчал, и Андрею это показалось подозрительным.
– Ты знаешь хоть, куда ехать? – спросил он.
– К гаражам. Там гаражи есть. Там и встретимся, – коротко ответил Хохол.
– В гаражах? – с сомнением переспросил Андрей. – Тебе не кажется, что это странно?
Игорь на секунду повернулся к нему, но ничего не ответил и снова стал смотреть на дорогу.
– Они там что, сходняк готовят? – предположил Гена.
Хохол посмотрел в зеркало заднего вида и вновь промолчал.
Вот и гаражи. Подъехав к красно-белому шлагбауму, Игорь остановил машину и опустил боковое стекло. Из будки вышел старик, одетый в черную тужурку и меховую шапку-ушанку. Из-под нее, словно проволока, торчали в разные стороны седые волосы.
– Куда? – отрешенно спросил старик, немного гнусавя.
– К Серафиму, – уверенно ответил Игорь, словно называя пароль.
– А! – ничего больше не спрашивая, старик потянул за трос и открыл шлагбаум.
Игорь собирался проехать дальше, но сторож замахал рукой, показывая, чтобы машина становилась. Игорь притормозил и вновь опустил боковое стекло.
– Что? – с недовольством спросил он.
– Вы хоть знаете, где их гараж?
– Двадцать восьмой вроде же? – с легким раздражением ответил Игорь.
– Прямо! – указал дрожащей рукой старик, – потом через два поворота, то есть перекрестка, направо.
Шурша колесами по гравию, автомобиль проезжал мимо абсолютно одинаковых металлических коробок. Наконец, повернув направо, друзья оказались около гаража с номером 28, выведенным коричневой краской. Двери гаража были приоткрыты.
– Приехали, – объявил Игорь, и все одновременно вышли из машины. Их никто не встречал, и, подойдя ближе к дверям, они услышали, что в гараже идет оживленная дискуссия, которая периодически прерывается то смехом, то матерщиной. Молодые люди зашли внутрь.
В центре пустого сырого помещения стояли семь человек, все разного роста, но одетые в одном стиле. В гараже пахло специфически: смесью свежеспиленного кругляка и сушеной рыбы. Рыба действительно висела по стенам в два ряда.
Заметив новеньких, компания, находившаяся в гараже, прервала беседу. Воцарилась напряженная тишина. К ребятам, наклонив плечи вперед, словно боксер на ринге, вышел невысокий мужчина спортивного телосложения. Его неподвижное бледное лицо напоминало мраморную маску. На лбу проступали набухшие извитые вены. Редкие белесые брови над маленькими нагловатыми глазками и коротко подстриженные волосы неопределенного цвета делали его еще более отталкивающим. Мужчина был одет в голубой джинсовый костюм. Из-под куртки выглядывала черная футболка с черепами, поверх футболки лежала золотая цепь с огромным золотым крестом. Это был средний Никаноров.
– Привет, Афган! – фамильярно поприветствовал он Игоря.
– Сергей, знакомься, это и есть мои партнеры, – Игорь указал сначала на Андрея, потом на Гену.
Парни поздоровались. Сергей Никаноров состроил гримасу, которая, по всей видимости, должна была выражать дружелюбие. Он уже видел Андрея и его друзей на «галерке», пару раз Андрей даже здоровался с ним, но сейчас Никаноров-средний делал вид, что его не знает.
– Откуда родом? – обратился Никаноров к Гене.
Гена замер, как двоечник, застигнутый врасплох учителем, взглянул на Андрея, затем перевел взгляд на Игоря:
– Э-э… из Армении.
Позади Сергея Никанорова столпились его «партнеры», и теперь, с его разрешения, они стали подходить к троице поздороваться.
Практически вся банда Никаноровых была здесь: Серафим Никаноров – старший из братьев, тоже лысеющий, с острым носом, тонкими губами. Ему было далеко за тридцать. Он был одет в черный джинсовый костюм; на мизинце, безымянном и среднем пальцах обращали на себя внимание три массивных золотых перстня. Серафим показался Андрею более мягким человеком, чем Сергей: старший Никаноров все время улыбался, и выражение его серых глаз было не таким злобным.
– Серафим! – представился мужчина.
Следом подошел Леша Морозов – блондин с широко посаженными глазами и глуповатым выражением лица. Морозов носил серую футболку и черные джинсы клеш. Учитывая его маленький рост, смотрелось это комично. Вдобавок он не выговаривал букву «р», поэтому слушать его было довольно забавно.
Следующим был Петр Смолянский – худощавый, остролицый шатен. Он внимательно рассматривал пришедших, не вынимая сигарету изо рта. Андрей часто видел Смолянского на «галерке», и он всегда вел себя по-хамски. Одевался небрежно: синие выцветшие джинсы с вытянутыми коленками, поношенная куртка. В его серо-голубых глазах навыкат застыло то ли удивление, то ли испуг. Тонкие рыжие усики отделяли курносый нос от пухлых рельефных губ, на щеках легкая небритость. Сальные волосы собраны в хвостик.
– Здоро́во! Я Петр, – Смолянский обдал Андрея перегаром.
Игорь подошел к одному из парней, сидящих на стуле, протянул руку и опустил голову, чтобы слегка боднуть в грудь, – так принято в криминальной среде во время приветствия.
– Здоро́во! – сказал в ответ парень и приподнялся, опираясь на палку. Он похлопал Хохла по плечу. Игорь повернулся к друзьям и торжественно произнес:
– Это Прокофий!