Лернейл Фаост, сам того не желая, стал камнем раздора между сестрами. Еще с первой встречи, когда выделил Ари из остальных детей. Не по годам серьезный мальчик с грустными и невероятно красивыми глазами цвета сочной зелени участвовал во всех проделках, что придумывала Карисса, выгораживал ее, если их ловили на горячем и защищал, когда дело доходило до наказания. Лиса подмечала, как он смотрел на сестру, как на сосредоточенном и как правило хмуром мальчишеском лице, разглаживались малейшие складочки, а уголки губ растягивались в искренней улыбке. С ней же Лерни был предельно сдержан и учтив, в чем-то строг, в чем-то снисходителен, напоминая тем самым ее отца. Мелисса испробовала все способы, чтобы заполучить внимание юного графа, но раз за разом терпела поражение. Взрослея, девушка стала подмечать, какие взгляды бросают на нее другие юноши. Лисе льстило, что ее сравнивали с матерью, считавшейся одной из красивейших женщин ланибергского королевского двора. Шейлин научила дочь многим уловкам, благодаря которым она очаровывала даже равнодушных к женским прелестям почтенных храмовников. И любой молодой человек, оказывающийся в окружении рыжеволосой бестии, неизменно падал к ее ногам. Но не Лерни. Тот, казалось, не замечал тех усилий, что Лиса прилагала для покорения юноши. Даже откровенное признание в любви не тронуло его ни капельки.
– Отчего же он так равнодушен? – спрашивала девушка у матери, – ты ведь обещала, что он не устоит, стоит лишь открыться.
– Милая, мне бесконечно жаль, – Шейлин обожала свою любимицу, и тем горше было наблюдать за любовными переживаниями дочери, – нлер Фаост, несмотря на юные годы, относится к тому типу мужчин, которые любят только раз. Мы не властны над чувствами. Как ты не можешь забыть его, так и он терзается и страдает, ведь наша Ари далеко не подарок. Будь его сердце свободно, уверена, он бы не устоял. Знаешь, все считают огненных магов ненадежными спутниками. Доля истины в том есть. Однако мы тоже умеем любить, только выбираем, зачастую, не тех, кто достоин. Огонь неразделенной любви выжигает нас дотла, и чтобы не погибнуть, мы ищем новых ощущений, яркого пламени эмоций и лавы страстей. А истинные чувства прячем так глубоко, что, порой, и сами забываем о них. Только это помогает нам выжить.
– Мама, а ты счастлива с папой? Вы ведь такие разные и, если честно, я не понимаю, почему вы до сих пор вместе, – впервые Мелисса увидела Шейлин серьезной и задумчивой. Сколько Лиса себя помнила, ее родительница была беспечна и весела. Она рассказывала интересные истории, заразительно смеялась, заражая окружающих таким позитивом и оптимизмом, что никому бы и в голову не пришло, что графиня хоть сколько-нибудь знакома с бедами или страданиями.
– Вот как? Не знала, что ты такого мнения о нас, дочь, – хмыкнула нлера, – но в чем-то ты права. У нас с твоим папой все не так просто. Однако брак – это не только любовь и страсть, но и взаимное уважение, дружба, ответственность, общие цели. А любовь… она ведь разная бывает. Ты поймешь это однажды. Несомненно, нужно ценить и беречь, если находишь ее настоящую. Но если она действительно глубокая и истинная, то ты должна научиться жертвовать. Иной раз благополучие любимого человека, его жизнь важнее собственных желаний. Вот ты, к примеру, влюблена в Лернейла, и на слова, что с ним не будешь счастлива, не обращаешь внимания. Так и Лерни видит себя рядом с Кариссой, хотя мы знаем, что этого никогда не произойдет. Любовь – это дар Лейты всем людям без исключения, но истинную благодать этого дара познают лишь избранные, те, для кого она взаимна, и кто готов заплатить за это самую высокую цену.
– Ты ведь сейчас не о папе говоришь, да? – сообразила девушка, – я ведь не слепая, вижу, что между вами видимость нормальных отношений. У вас разные спальни, и днем вы встречаетесь только за завтраком. Папа целиком посвятил себя делам семьи, тогда как ты ведешь светскую жизнь. Ежедневно посещаешь модные салоны, чаевничаешь у подруг, да принимаешь приглашения на всевозможные вечера.
– Милая моя девочка, – очаровательная улыбка вновь расцвела на точеном личике графини, – ты уже такая взрослая. Ах, будто и не было этих лет, – Шейлин театрально закатила глаза и, приложив руку ко лбу, тяжело вздохнула, сетуя на прожитые годы. Уже через секунду на лице проявилась маска искренней заботы и материнской любви. – Конечно же, я говорила о папе. Просто со временем чувства притупляются, и каждый из нас учится находить радость в иных вещах. Горди вот печется о нашем благополучии, прикладывая все силы, чтобы приумножить доходы и позволить семье жить на широкую ногу. Я же целиком отдаю себя вам, мои дорогие девочки, и подыскиваю достойную партию каждой из вас. Именно поэтому я всегда в курсе столичных новостей и поддерживаю светскую репутацию нашего несомненно благородного и уважаемого рода.
