– Отряд из столицы пришел, – еще больше протиснулся внутрь Рохос. – Серьезные тетки.
– Утес, – сморщившись, отодвинулась суккуба, – если ты еще хоть чуть влезешь внутрь, мы с командиром вывалимся наружу с другой стороны. Эта палатка не рассчитана на таких громил, как ты. А если думаешь, что делаешь это, чтобы твой шёпот не услышали, то глубоко заблуждаешься. Ты и тихий разговор – это вещи несовместимые.
– Воин, – раздался со спины огра командный голос. – Я так понимаю, что командир вашего отряда очнулся? С ним можно поговорить?
Суккуба посмотрела на сморщившегося, как от невкусной микстуры, Матвея, ну, не хотел он ни с кем сейчас общаться, развела руки и сказала:
– О чем я и говорила. Но вставать тебе, командир, все равно бы пришлось. Я могу и ошибиться, но мне кажется, ты сейчас просто умираешь от голода.
Парень прислушался к себе и понял, что желудок исполняет такие рулады, что любой певец давно бы удавился из зависти.
– А…
– А потому, – поняла его с полуслова девушка, – что регенерация у тебя сильнее, чем у дай’сэтаина, а после такого интенсивного восстановления очень хочется кушать.
– А где мой доспех и одежда? – посмотрел на свой голый торс Матвей.
– Доспех – рвань, – коротко прокомментировал Утес, все так же головой присутствуя на незапланированном собрании отряда «Неправильный прайд». При этом он напрочь игнорировал фурию, что стояла снаружи, и той приходилось общаться с его задом. – Тебе и копьецом-то попали в уже проделанную брешь.
– И что, мне так и идти? – развел он руки.
– Вот, командир, – Иргиз протянула сверкающую белизной шелковую рубаху, – одень пока. Рубаха новая.
– Это откуда? – удивился Матвей, облачаясь.
– Трофей, – довольно осклабился огр. – Я там уже и новый доспех присмотрел тебе. Закачаешься.
– Потом, Утес, – перебила его девушка. – Командир, неправильно это. Фурия все еще ждет ответа.
Иргиз была права, поэтому Матвей, посмотрев на нее, кивнул и хотел было вытолкать огра наружу, чтобы вылезти самому, но в последний момент остановился.
Обведя пальцем вокруг лица овал, он спросил у девушки:
– Морда лица нормально?
– Нормуль, – шепнула она, прикрыв глаза. – Утес, выпусти командира на волю.
Когда Каракал вылез из палатки и поднялся во весь рост, он понял, что провалялся в беспамятстве довольно долго – звезды не небосводе уже начали тускнеть, и на востоке стала заметна светлая полоска приближающегося рассвета.
Его появление не осталось незамеченным, непрестанное броуновское движение внутри форта вдруг на мгновение замерло, и на парня уставились десятки глаз.
– Что? – пожал он плечами и стал разглядывать себя, крутясь на одном месте. – Мне дали женскую рубаху? Вроде нет.
– Каракал, – по правую руку встала Кинзи Китос и зашипела, как рассерженная кошка. – Перестань паясничать. Это мы уже привыкли к твоему поведению, а эти уважаемые фурии прибыли из столицы.
– Так вот значит, каков он, командир наемного отряда «Непутевый прайд», – наконец произнесла та, голос которой он слышал еще из палатки. И желчи в ее голосе хватило бы для того, чтобы отравить маленькое озеро. – Великий воин, остановивший пиратский прорыв в глубь Вальтара практически в одиночку.
Фурия хмыкнула и оглянулась, ища поддержки, но таковой практически не оказалось. Так, несколько «хихишек» – ближайших друзей, видимо.
– Бесовка, – почувствовав, что девушка встала за спиной справа, спросил у нее Матвей, чуть повернув голову, – мне показалось, или меня действительно хотят обидеть? Название отряда зачем-то исковеркала, язвит. Девочка, – раздражение все же вырвалось наружу, и он поднял взгляд на довольно взрослую фурию с красивым, но отталкивающим из-за бледно-голубых холодных глаз, лицом, – ты перенесла в детстве психологическую травму, а теперь стараешься отыграться на первом встречном?
– Вот демоны, – справа неожиданно выругалась Кинзи. – Чтоб тебя, Каракал…
– Что? – не дал ей парень договорить. – Я-то тут при чем? Только вылез на свет, а меня уже помоями обливают.
– Так вызови меня, – усмехнулась нарывающаяся на скандал фурия.
– Киэда, – в этот момент раздался еще один голос. Вот он был действительно не просто командный, а властный. Такой точно игнорировать себе дороже будет. Однако этой самой Киэде, видно, попала шлея под хвост, и ее понесло.
– Ну, что ты озираешься, мальчик, – выделила она голосом обращение. – Неужели не хватит мужества потанцевать на перекрестке с девочкой?
– Лейт Киэда Новус, – снова раздался голос фурийского командира, но уже ближе.
– Ты не можешь запретить мне поединок, капитан, – посмотрела она за левое плечо Каракала. – Я в своем праве, вызывая этого невежу на перекресток. Он оскорбил меня.
– Дурдом, – покачал головой Матвей и добавил, ни к кому конкретно не обращаясь: – Да я даже слова не сказал.
