Полукровка тяжело сглотнул – трудно держать себя в руках, когда знаешь, что с тобой в любой миг могут сделать примерно то же, что недавно сделали с оковами гарпии, то есть порвать пополам. Причем сделают это с абсолютно индифферентным видом. И синий лед глаз только усиливал это ощущение многократно.
– Я очень сильный.
Матвей оглянулся, порыскал взглядом, а потом резко выбросил левую руку в сторону алтаря. Каменную плиту весом пару-тройку центнеров снесло с массивных опор, и она, пролетев над головами йахинов, которые даже не пошевелились, с гулким звуком ударилась в стену, расколовшись пополам. После чего он повернулся к огру и снова выжидающе посмотрел на него.
Рохос сдвинул брови и задумался. Он уже понял, что все его физические кондиции для приама не аргумент. Тот сам похож на маленькое стенобитное орудие. Тут нужно было что-то такое, что может действительно его заинтересовать.
Огр кивнул своим мыслям и, с достоинством выдержав холодный взгляд Каракала, спокойно произнес:
– Я никого за всю свою жизнь не предал и никогда не бил в спину.
Матвей приподнял одну из бровей.
– Аргумент, если честно, так себе. Можно не бить, а просто стоять в стороне и делать вид, что не видишь, как кто-то другой втыкает нож в спину. Равнодушие иногда может быть хуже всего. Но это уже что-то. – С многочисленными оковами огра парень справился очень быстро, отчего те осыпались на пол железным ломом. Использовать свои новые способности у него с каждым разом получалось все лучше.
– Я могу… – начала было говорить демонесса, когда взгляд Матвея мазнул по ней.
– Она под твоей ответственностью, – он грубо оборвал Иргиз, срывая единым движением кандалы. – Я пока не решил, как с ней быть. И еще, – парень буквально пронзил ее взглядом. – Я тебе не доверяю, – и снова обратился к огру-смеску. – Ты слышал, Рохос?
– Да Лорд, – тяжело вздохнул тот, разминая запястья.
– Да Каракал я, просто Каракал, – потушив глаза и больше не обращая на пленников внимания, глубоко вздохнув, бросил парень.
«Ну и чудак ты, Матюха, – направляясь к йахинам, материл себя парень. – На букву «М». Повел себя, как восторженный юнец, у которого в классе у первого появился смартфон последней модели – нужно, чтобы его увидели все без исключения. Забыл, почему началась последняя большая война, какие у нее были цели и чем она закончилась? Видимо, действительно забыл. Ну, так поздравляю, сезон охоты на одного юного, но не совсем умного приама открыт. И то, что он занесен в «Красную книгу», Абидалии никого не интересует и не остановит от того, чтобы набить твое чучело соломой. Ну, или чем там таксидермисты свои работы набивают? Наоборот, многие будут рады увидеть на своем столе блюдо из столь диковинного животного, а его голову – на стене над камином. Ты сам, Матвей Владимирович, нарисовал у себя на груди здоровенную такую мишень. Да еще и подсветил ее».
Оснований для жесткой самокритики было хоть отбавляй.
Много лет назад высшая аристократия, посмотрев на результаты Войны Ненависти, отчетливо поняла, что независимые и независящие ни от кого приамы есть угроза их величию и их власти. Всего тридцать тысяч, как потом подсчитали историки, смогли в пух и прах разбить два войска по триста тысяч, что подступили к рубежам владений приамов с востока и запада. И не суть важно, что половина из них просто сбежала от границ Сумеречных Земель, когда их стали вырезать, как овец. Важно другое: пока на Абидалии живут приамы, другим магам спокойно спать не придется.
Именно после второй большой войны в мире появилась еще одна ступень градации мастерства, которая была общей для искусства Боя и магического Искусства: элит гранд – воин, достигший вершин в каждом из этих ремесел. Настоящие боевые маги. Не одаренные, что могли применять боевую магию, а воины-маги. Отличие в названиях вроде совсем небольшое, и обыватель и не поймет сразу, что к чему. Но только не те, кто помнил,
Именно поэтому никто не собирался оставлять приамов в покое. Несколько десятилетий аристократия по обе стороны от границ Сумеречных Земель копила силы, в результате чего была собрана армия, какую Абидалия не знала за всю историю своего существования. Миллионы разумных, как живой поток, не считаясь с тысячами и тысячами жертв, буквально захлестнули центральную часть материка. У тогдашней аристократии была цель: не принудить приамов, чтобы те склонили голову, а полностью уничтожить их. Стереть с тела мира, чтоб через много лет стерлась сама память, что когда-то существовал такой народ. А если и остались какие-то обрывочные сведения, то воспринимались бы они как сказание или миф, которыми скальды потчуют народ во время ярмарок и больших праздников.
