Нина Яковлевна, памятуя, как самой было сложно выйти замуж, уже с юности наставляла дочь, чтобы та носом не вертела и женихами не разбрасывалась. «Отсутствие красоты следует компенсировать тщательным уходом за собой. К сожалению, одеть тебя в модные вещи у меня возможности нет. Но можно одеваться просто и выглядеть привлекательно». Альмира внимательно слушала и следовала материнским советам. Она носила короткие юбки и обтягивающие кофты. Получалось не скромно и не эстетично, но завлекательно: частично обнаженное тело, пусть даже с лишними килограммами, пробуждало природные инстинкты у лиц противоположного пола. Поклонники не заставили себя ждать: уже с шестнадцати лет к Альмире исправно ходили молодые люди, но ни один из них надолго не задерживался. К двадцати годам девушке захотелось большой любви, которой до сих пор так и не случилось. Она с завистью смотрела на романы подруг, которым нежные влюбленные дарили букеты роз и писали волнительные стихи. Ей доставались цветы лишь дважды: в первый раз, когда Нина Яковлевна об этом напомнила появившемуся в их доме незадачливому ухажеру, второй — по просьбе самой Альмиры. В двадцать два года девушка в придачу к любви стала претендовать на материальный достаток. Можно и без любви, но чтобы жених был богат. Такого не нашлось, отчего Альмира очень страдала, и к двадцати пяти годам она утвердилась в мысли, что жизнь не удалась и все мужчины — сволочи. Мать подливала масла в огонь. Ей очень не нравилось, что дочь до сих пор не вышла замуж и продолжает жить в их тесной квартирке.
Альмира больше не надеялась ни на любовь, ни на деньги. Она взяла на вооружение принцип «С паршивой овцы хоть клок шерсти» и пыталась охмурить любого мужчину, с которого можно было что-либо стрясти. Девушка наряжалась, старательно делала прическу и макияж. На работе улыбалась всем лицам мужского пола и не упускала случая для кокетства, В родной корпорации среди тех, кто ее плохо знал, Альмира прослыла милым, очаровательным созданием, кто имел несчастье узнать ее лучше — небезосновательно считали хитрозадой щучкой.
В Сергее она сразу увидела выгодную партию. Каким-то седьмым чувством вкупе с богатым опытом ветерана любовных передряг Альмира определила: здесь можно урвать нечто значительно большее, чем пару походов в кафе. Сергей не был похож ни на одного из тех мужчин, которые составляли длинный список ее любовных неудач. Он отличался романтичностью и своеобразным отношением к любви. Говорил искренне и чувственно, обволакивал трепетным взглядом внимательных светлых глаз. Казалось, перед ней не взрослый мужчина, а шестнадцатилетний юноша, воспринимающий любовь с большой буквы и готовый не задумываясь ради избранницы отдать жизнь. Последнее, впрочем, было только видимостью — Сергей слишком дорожил своей драгоценной жизнью, чтобы ею разбрасываться.
Майя по обыкновению трудилась, как пчелка, правда, без вдохновения. После закрытия ее основной программы Алик поручил ей более выгодный и полезный, по его мнению, проект. Идея заключалась в следующем. В городе постоянно проходят различные семинары, выставки, симпозиумы и прочие мероприятия, устраиваемые фирмами-производителями или их дилерами. Конечная цель этих сборищ — представить свою продукцию в самом выгодном свете. Пресса, то есть «Звездная пыль», обеспечит городскую трансляцию с места событий. В итоге фирмы-участники смогут заявить о себе, что послужит для них хорошей рекламой, а радиостанция, в свою очередь, на этом заработает. То, что такие передачи абсолютно не интересны широкой аудитории и стоит несколько раз выйти с ними в эфир, как рейтинг радиостанции резко пойдет на снижение, Алика не волновало, — идея принадлежала ему, и он не желал от нее отступаться.
На днях ожидалась конференция, посвященная новинкам на рынке оргтехники. Майя оттягивала момент подготовки к репортажу — принималась за другие дела, лишь бы подольше не браться за скучное и губительное для радиостанции предприятие. Плохое владение материалом лишь усиливало нежелание заниматься подготовкой к конференции.
Майя взглянула на часы: полчетвертого — вскоре должен прийти представитель фирмы — организатора конференции. О чем с ним говорить — ведущая не задумывалась. Она решила действовать по обстановке — все равно тема не ее, так что готовься не готовься, а беседа содержательнее не станет. Она с чистой совестью продолжала редактировать тексты воскресной развлекательной передачи, пока не зазвонил телефон и секретарь не оповестила о прибытии посетителя, вернее, посетительницы.
С первого взгляда Майя ее не узнала: Сонка не слишком сильно изменилась, просто Снегирева меньше всего ожидала увидеть сейчас свою сокурсницу. В качестве гостя ей представлялся занудный молодой человек в очках, страшно гордящийся своим местом работы и должностью какого-нибудь менеджера.
