– Все может оказаться даже хуже, чем выглядит сейчас, – признал Марк.
– Куда уж хуже, – проворчал Лендар. – И о чем же вы?
– Я допускаю, что этот вид появился не естественным способом, он был выведен для нападения. Не обязательно на нас, возможно, нападения на людей как такового. Но использовали его в итоге против нас.
– Нет! – зачем-то выкрикнула Аделаида. – Это невозможно!
– Разве?
Ей хотелось возразить, но она так и не решилась. Она ведь знает, что это допустимый вариант… Существа, которых Марк видел перед собой, не имели толковой среды обитания. Похоже, пыль и песок вредили им, некое подобие жабр на их теле было забито и исцарапано в кровь. Если бы эти существа не погибли в схватке с роботами, они все равно вряд ли прожили бы долго. При этом они очевидно сухопутные, нет никаких указаний на перемещение в воде. Возможно, они жили на болотах… Тогда как у них развились такие крупные челюсти? Для охоты за мелкими животными и рыбами, обычно населяющими болота, они подходят плохо, для убийства людей – намного лучше. Их яркий окрас тоже бесполезен для болотных хищников, которым нужно таиться среди трав и грязи. Куда ни глянь – одни противоречия!
Но это если не принять существование где-то лаборатории. Тогда создать подобного уродца вполне возможно. Как вариант, даже натаскать его, обучить нападать на транспорты и роботов, большого ума со стороны хищников тут не требуется.
Марк надел перчатки и подошел ближе, чтобы сдвинуть часть фрагментов.
– Это омерзительно! – тут же прокомментировала Аделаида. – Тебя не учили использовать для такого «Универсалов»?
– Учили, – отозвался Марк. – А еще учили, что у человека есть такой недооцененный инструмент, как осязание. Вот здесь, например, не видно пробоину в шкуре, но она прощупывается.
– Ты сейчас стоишь перед грудой плоти. Тебя пробоина смущает?
– Не смущает, но заслуживает внимания. Потому что она к моменту нападения на беженцев была поджившей, она не кровоточила, на шкуре вокруг нее начали образовываться шрамовые ткани.
– И что это нам дает? – нахмурился Лендар.
– Существ чем-то удерживали долгое время. Возможно, как раз в грузовом транспорте.
– Все это домыслы, доказательства косвенные… Есть что-нибудь посерьезней?
– Нет, и вам решать, докладывать в Черный Город или нет.
– Да уж… выбор, – хмыкнул глава Объекта.
Он всем своим видом показывал, что выбора и нет на самом деле, потому что Марк наверняка бросится звонить Гекате, и тогда молчание Лендара будет выглядеть не лучшим образом. Зря он так – рассказать Гекате Марк действительно планировал, если она спросит, и не факт, что она тут же рванет отчитываться кому-то еще.
Все эти сомнительные интриги вообще не имели никакого значения на фоне того, что произошло. Марк понимал, что за диверсией, если она все-таки была, может стоять кто угодно. Те самые враги, которые подослали к его Объекту хазаров. Предатели внутри периметра. Тот, о ком Марк раньше не слышал. Они ведь не в сказке живут!
И все же его не покидало чувство, что виновный тут понятен, даже если им не известно его настоящее имя. Кто-то совершил невероятный поступок, использовал серьезные ресурсы, пересек границу, отключил камеры – и все это вскоре после того, как продавец игрушек пообещал вернуться. Версия о совпадениях трещала и рвалась по швам.
Так считал не только Марк. Через несколько часов работа была закончена, больше ничего подозрительного они не нашли, тела мутантов передали на утилизацию. Главным тут было то, что Аделаида прекратила ухмыляться, да и Лендар отнесся ко всему серьезно. Благодарить Марка они не собирались, ушли сразу после завершения работы.
А вот Мустафа остался.
– Твой друг передает привет? – спокойно спросил он.
– Боюсь, что так, – задумчиво отозвался Марк. – Но не стоит интерпретировать это как его одержимость мной… Думаю, за иллюзией эмоциональности он сейчас прячет полноценную боевую операцию.
– Одно другому не мешает. Он изначально вредил Черному Городу, тут ничего нового. Новое как раз то, что ему нужен ты.
И оба они понимали, что скрывается за этим «нужен», потому что Мустафе тоже было известно о том, как продавец игрушек использовал мозг похищенного Мастера. Вероятно, он запланировал что-то подобное и для Марка…
А если так, беженцы, пригнанные к Объекту, были не простой демонстрацией. Когда продавцу потребовалось установить свои датчики, он сделал вид, что на них напал робот-танк со сбитой программой. Возможно, нынешняя диверсия преследует ту же цель?
Он не испытывал привязанности к мутантам, это уж точно, но они были ценным ресурсом. Нужно было вырастить их… создать, если уж на то пошло! Да еще три особи сразу. Продавец игрушек явно берег их для чего-то особенного, такое оружие если использовать, то предельно точно. Однако на первый взгляд он ничего не добился: среди беженцев потерь совсем мало, среди военных вообще нет, уничтожено и повреждено несколько роботов, их легко заменить. Кажется, что продавец игрушек проиграл!
Именно поэтому Марк и не собирался верить первому взгляду.
– С ним невозможно понять, что ему нужно…
