— Какие видео? — переспросил у нее, и быстро добавил, — Ты что, нашла меня в тик-токе?
— И не только там, — спокойно сказала Соня. — Даже подписалась на тебя.
Я чуть не выпрыгнул из штанов! Соня оградила меня честью и подписалась на меня. Ничего себе!
— А почему не сказала?
— А зачем? — кинула через плечо та, усаживаясь на колени перед духовым шкафом. — Лучше бы не говорила. Посмотрела бы, что ты там снимаешь, когда я не вижу.
Я нервно сглотнул. Надеюсь, она не смотрела сохраненный прямой эфир. Спросить, конечно, мне хочется, но рисковать не стану.
— Так, — сказала Соня. — Мне нужно ведерко с водой.
— Сейчас принесу.
Я видел в ванной, под раковиной, стояло небольшое ведерко. Поэтому, быстрым шагом направился туда. Налив горячей воды, я захватил перчатки и тряпку, и отдал все Сони.
— Под раковиной были моющие средства, посмотри какие есть.
Я метнулся и открыв дверь, сел на корточки.
— Для микроволновки, — начал перечислять. — Для плиты, для полов…
— Все не то, — с усталостью в голосе ответила Соня. — Нужно для духового шкафа.
Перебирая баночки, я отыскал нужное.
— Нашел, — проронил и отдал Сони.
— И губку.
— А сразу же перечислить все не можешь? — фырчу на нее по доброму, но совершенно не испытываю негодования. Напротив, сейчас мне хочется помочь этой бусинке, как никогда. Найдя какую-то губку, я отдал Сони.
— Спасибо, — сказала она надевая перчатки. Соня принялась залезать в духовку, чтобы посмотреть размер нашей проблемы. Я уселся на стул, смотря свои соцсети. На глаза мне попалось история Юли, как она с кем-то едет на машине и подпись:
«Любимый»
Ну конечно же, любимый! Не прошло недели, как эта чертовка уже нашла себе нового хахаля. Фыркаю, и подняв глаза, заостряю их на Сони. Вид со стула открывается отличный. Я бы сказал, превосходный! И черт меня дернул сказать это вслух.
— Красивый вид.
— Что? — спрашивает Соня, вылезая из духового шкафа. Я чувствую, как заливаюсь краской. Ну идиот же! Полнейший! — Ты что-то сказал?
Соня все прекрасно расслышала, просто стоит из себя глупенькую бусинку.
— Говорю, вид отсюда отличный.
Соня кривится и показывает мне средний палец, а после, вновь залезает в духовку. Я хихикаю, продолжая смотреть на аппетитные формы Сони. Смотрю с такой жадностью, что едва ли не давлюсь собственной слюной. Нет, Лев. Пора заканчивать это дело. Кое-как заставляю себя оторваться от прекрасной пятой точки Сони и уткнуться в телефон. Но глаза то и дело сами отрываются от экрана, а я вновь, мысленно, заставляю себя не смотреть.
Нет, Лев. Ты не смотришь на это. Ты смотришь в экране телефона.
Но, не могу себя сдержать. Вновь и вновь поднимаю взгляд. СОня. Что же ты делаешь со мной, дьяволица?
Через минут десять, Соня попросила сменить ей воду, чем я и занялся. Хотя бы переведу дух. Вообще, рядом с ней моя сила воли достигает нуля: я ничего не могу с собой поделать. Прям-таки теряю самообладание. А вот что касается Сони, то… Ей, в целом, побоку, как я погляжу. Ну, или, она потрясающее профессионально скрывает это. Отдав ей ведро воды, Соня поднимает на меня свой взгляд и я заливаюсь хохотом. Ее фарфоровая кожа на щеках и носу в гари от цыпленка.
— Чего ты ржешь? — взволновано спрашивает она, а я не могу прекратить смеяться.
— ДА ты… — говорю ей, но какой-то нездоровый смех овладевает мной. — Ты вся в саже.
— Да ну тебя! — говорит она, не веря, что она действительно испугалась. Я включаю фронтальное видео, жму кнопку записи и хлопаю Соню по бедру. Девушка злиться и выныривает из духового шкафа, чтобы стукнуть меня по плечу, но… замечает в фронтальном отражении, что она правда… испачкалась. Вот только сейчас еще на лбу появилась линия. Я заливаюсь хохотом. Соня начинает хихикать.
— Кто бы мог подумать, — говорю я через смех, — что в новый год мы будем пародировать трубочистов! — и вновь ржу, как конь.
— Тебе смешно, да? — с ноткой юмора отзывается Соня и проведя пальцем по грязной стороне духовки, пытается испачкать меня. Я отодвигаюсь от нее.
— Ну ка, иди сюда, трубочист, — заявляет она, неумело пародируя гнев. — Иди сюда, иди!
При этом, и Соня, и я, заливаемся заразительным смехом. Все-таки, поймав момент, Соня меня пачкает. Это очень мерзко, но остановиться смеяться мы не можем. Когда уже не остается воздуха в легким, мы оба только подхихикиваем, смотря друг на друга. Я ставлю телефон на пол, а сам передвигаюсь к Соне.
— Иди сюда, вытру тебя, — говорю я ей.
