Мама сказала мне, что они с Максимом тоже готовятся к новому году. Переживают за меня, как я так. Хотя по правде говоря, ничего критичного со мной не произошло. Ну приболела я… Сейчас то я себя лучше чувствую. Немного поболтав с мамой и заверив, что я обязательно к ней заеду, как только полностью выздоровлю, мы разъединили звонок, пожелав друг другу хорошего нового года. Подарок для Льва уже был наготове. Он даже и не знает, что я ему подарю. Конечно, я еще не совсем знаю его вкусы, но будет забавно увидеть его лицо, когда он откроет коробочку. И с этой одурманивающей мыслью, я решила начать приготовления к новому году. Лев что-то бубнил у себя в комнате. Я пошла на кухню и стала смотреть, что он купил на новый год. Холодильник был забит до отвалу. И куда он столько всего набрал? Что ж.
Я начала постепенно раскладывать на тарелки салаты. У нас их было три: классическое оливье, мужской (этот тот, где фасоль, майонез и сухарики) и дамский каприз (где курица с ананасом и сыром). Следом, выложила на тарелку, которую можно поставить в микроволновку, дольки картошки. Разогрею ее чуть позже, прямо перед боем курантов. Фрукты нужно было помыть, а колбасу и сыр нарезать кружочкам. Пока я копошилась, Лев уже приоделся: на нем была белая футболка и темные джинсы. Он достал икру, масло и хлеб и молча стал делать бутерброды. Сказать по правде, вспоминая то, что было на этой кухне днем — мне становится неловко. Но в то же время, почему это мне должно быть неловко? Не я первой тянулась на поцелуй. Лев ничего не говорит, поэтому я прихожу к выводу, что ему тоже, неловко. Но, мы как два гордых орла, продолжает с невозмутимым взглядом заниматься своим делом, лишь изредка кидая друг на дружку взгляд.
— Столько хватит? — спрашивает он у меня, показывая набитую до отвала тарелку с бутербродами.
— Если ты не собирался накормить весь район, то думаю, что да, — говорю ей.
— Значит, нужно еще добавить.
Это была шутка, в его коронном черном стиле. Но я не улыбнулась. Подавила в себе смешок и продолжила дальше резать колбасу. Когда практически все было готово, Лев помог донести все это в зал. На небольшой журнальном столе разместилось практически все, что мы сделали. Ну ладно, вру. Не все… Три тарелки пришлось поставить на тв-тумбу, потому что они не влезали. Лев выключил свет, оставив гореть только елку и фонарики. Время было ровно одиннадцать часов вечера. Еще целый час до нового года и… потом можно лечь спать, как старперы. Салатику поесть, чокнуться бокалом шампусика и на боковую. Идеальный новый год!
Лев пошел на балкон, который располагался в зале, достал шампанское и поставил около меня.
— Будешь?
— Конечно, — с невозмутимостью ответила ему.
Лев пошел за стаканами. Я взяла мандаринку и очистила ее. В нос сразу же ударился приятный аромат сладкого цитруса. Лев принес фужеры, быстро зажег свечи. Из динамиков телевизора лилась новогодняя музыка.
— Я открываю?
— Давай.
Лев умело открыл бутылку шампанского. Глухой звук вылетающей пробки пробудил во мне череду мурашек. Разлив шампанское по бокалам, Лев протянул один мне.
— Ну, — протяжно сказал он, а его глаза блестели ярче, чем звезда на небе. — Пускай в старом году останутся все наши переживания и неудачи!
— Пускай!
Мы чокаемся.
Шампанское холодное, но я делаю маленький глоток. Горло все равно еще дерет, поэтому, рисковать я не хочу. Лев берет тарелку и наваливает себе еды.
— Эй! — останавливаю его, закусывая долькой мандаринкой. — Полегче! На новый год ничего не останется!
— Бусинка, там холодильник битком. Всего хватит!
Я обомлела. Когда он называет меня бусинкой, мне хочется расплыться в маленькую лужицу от нежности. Но виду, конечно, постаралась не подавать. Отламываю еще одну дольку мандарина. Лев с набитым ртом добавляет:
— Ты закусывай, а то тебя унесет.
— Ага, — говорю ему, а самой не хочется ничего есть.
Беру пульт и переключаю с плейлиста на канал СТС, где показывают старый фильм «Ирония судьбы, или с легким паром», правда, уже практически середина истории.
— Каждый день в нашем заведении, начинается одинаково, — произносит Лев, а я кряхчу от смеха.
— Тебе тоже нравится этот фильм?
— Забавный, — говорит он. — Я каждый год пересматривал его с родителями.
— А как же «Девчата»? — переспрашиваю у него.
Лев пережевывает еду и выпрямившись, цитирует фильм:
— Отойдите от кухни, а то у меня ложки пропадают!
Я звонко смеюсь.
— Или, — перебивает он меня. — А у меня по щам всегда были пятёрки… Может, я чего забыла положить?
Я продолжаю смеяться.
— Да, — отвечаю ему. — Хороший фильм.
Делаю еще один маленький глоток шампанского и мы продолжаем досматривать «Иронию судьбы». Еды, я конечно, себе наложила, потому что почувствовала, что желудок сворачивается в тугой узелок.
