Расстались мы весьма сердечно. Глядя вслед человеку, я процеживал сквозь критическое сито только что состоявшийся разговор. Чайка вёл себя не так как следовало и ведь не притворялся. Имея возможность отслеживать его дыхание, биение крови в жилах, я без труда определил бы обман. Нет, он был искренен, а кто ведёт себя так с упырём из нижнего города, да и с другими людьми тоже? Чем-то он напоминал моего Терранина. Нестабильностью творческого человека? Пытался лгать, но простодушно сбивался на правду. Занятно обстояло дело, следовало тщательно всё обдумать, прежде чем кидаться в очередной жизненный водоворот.
Ну да я изыскал хороший способ продержать обман подольше, а самому тем временем разобраться детально, что за ценность заключена в моём приятеле и как наилучшим образом ей воспользоваться. Делиться я не собирался.
Домой отправился кружным путём и лишь убедившись, что никто следом за мной не топает, переступил порог норы.
Никон жарил на кухне какую-то еду, пованивало оттуда изрядно потому я прикрыл дверь и уселся в гостиной — дожидаться, когда человек набьёт ненасытное брюхо и подобреет морально и физически. Никон вскоре присоединился ко мне, жуя на ходу и едва не выронил тарелку, обнаружив меня в кресле. Он и не знал, что хозяин дома вернулся, поскольку по привычке я двигался бесшумно.
— Ну, что там за заботы? — спросил он, отдышавшись от невзначай проглоченного непрожёванным куска.
— Полагаю, тебя хотели использовать не в качестве мяса для игры, а куда плодотворнее: как хорошего специалиста. Только сомневаюсь, что предложили бы приличное жалование, контракт и процент с прибыли. Думаю, затем и вовлекли в игру, чтобы получить даром. Отрабатывал бы долг до тех пор, пока в твоих знаниях и умениях держалась нужда.
Никон поставил тарелку с недоеденным обедом на ближайшую горизонтальную поверхность и воззрился на меня, не сказать, чтобы в явном замешательстве. Догадывался, что не всё в жизни так просто? Не удивлюсь: человек всё же образованный.
— Ты точно знаешь?
— Да уж вернее некуда. Мне только что предложили поделить тебя пополам, раз целиком отдать не удосужился.
Он вздрогнул, сглотнул. Ну да: какая никакая стабильность вновь грозила пойти прахом. Представлял, видно, какие акулы плавают там, наверху.
— А ты?
— Согласился, конечно. Раз они тебя хотят, то и мне пригодишься, вот только я намерен действовать честно, не потому, что я ангел во плоти, а с учётом грядущей прибыли. Я ведь на свете не со вчерашнего дня живу и отлично знаю, что добрая воля даёт куда больший навар, чем злое принуждение. Давай решайся, Никон. Людям я сказал, что обдумаю их предложение как следует и тогда дам окончательный ответ, но тебя ставлю в известность, что будет он отрицательным. Я не намерен с кем-либо связываться, но если ты пойдёшь на риск партнёрства с вампиром, мы можем и вдвоём поднять твою идею. Деньги я найду.
Он растёр ладонями щёки, потом колени, а затем схватил тарелку и принялся есть, заталкивая в рот изрядные куски и пережёвывая их так энергично, что ходуном ходило всё лицо. Люди — странные существа. Который раз уже в этом убеждаюсь.
— Я с тобой, — сказал он, очистив посуду. — Я тебе доверяю. Мог сто раз меня продать, но не продал, выпил и то не до дна.
— Так жду, когда перебродит, чтобы словить полный кайф, — ответил я.
Он не сразу понял, а когда дошло, расхохотался, причём без визгливых истеричных интонаций. Шутка, конечно, была несмешной, но не веселья ради я её и сказал. Хотел приободрить. Никон понял меня правильно.
— Ты спас мне жизнь, Северен. Поначалу я на тебя за это сердился, но потом уже корил только себя, потому что сдался без борьбы, а так делать нельзя. Что ты хочешь от меня услышать, точнее сказать, какой уровень моих откровений сможешь понять вот так с ходу?
Я не обиделся, потому что действительно не разбирался в его деле, ну а он — в моём, так что пыжиться друг перед другом смысла не имело. Мы и не стали.
— Без деталей. Я хочу знать перспективу. Чего можно добиться помимо удачных протезов для калек?
— В идеале — наращивания всех силовых функций. Строго говоря, человек не станет могучее, он обретёт дополнительный слой мышц, не теряя при этом свои. Поначалу выглядеть будет немного гротескно, но я думаю, что, если как следует взяться за дело, синтезированную ткань удастся сделать совсем тонкой. Я уже прикинул возможные пути развития отрасли. Люди будут таким же мощными и быстрыми как вампиры, только без их кровавой диеты.
Он сообразил, что увлёкся, оскорбил мимоходом грядущего работодателя, да просто существо, давшее ему приют, и замолчал. Взгляд испуганно ушёл в сторону, потом робко вернулся ко мне, но я и не думал сердиться. Люди имели право на совершенствование. Мир принял одних изменённых, примет и других. Природа терпелива, в отличие от злобных землян на орбите.
Никон, как видно, вспомнил о том же самом, заговорил торопливо:
