большая резная деревянная беседка, увитая виноградом.
Внутри беседки, небрежно закинув ногу на ногу и вальяжно откинувшись спиной
на резные деревянные перильца, сидел сам Константин Эдуардович, дядя Виталика и по
совместительству управляющий банком. Одет он был весьма демократично, даже, можно
сказать, по-домашнему — в синие широкие джинсы и белую рубашку с коротким рукавом.
На ногах у него красовались легкомысленные итальянские сандалии. Рядом с ним сидел
бывший полковник милиции Аркадий Георгиевич Баев. Нынче он работал начальником
службы безопасности банка и хлеб свой ел отнюдь не зря.
Несмотря на духоту, этот человек был одет в строгий темный костюм, который из-
за его излишней полноты и явно выдающегося вперед пузика, заработанного обильными
застольями еще в годы работы в милиции, сидел на нем весьма неважно и, честно говоря,
шел ему как корове седло. Начальник службы безопасности постоянно отдувался и пыхтел
как паровоз, время от времени вытирая красное лицо носовым платком.
Кроме них во дворе находились еще двое крепких молодых людей, похожих друг на
друга как родные братья и одетых в одинаковые темные костюмы. Один из них открыл
посетителям калитку и теперь застыл у них за спиной, сверля затылки недоверчивым
настороженным взглядом. Второй парень стоял слева от гостей, всем своим видом больше
напоминая каменное изваяние, нежели живого человека, но в его кажущейся
неподвижности опытный взгляд Егора, сразу же увидел напряжение до предела сжатой
мощной пружины, готовой выстрелить в любой момент.
— Ба, какие люди к нам пожаловали! Ну, молодые люди, идите-ка сюда, — властно
сказал Константин Эдуардович и поманил гостей в беседку. — Проходите, садитесь и, как
говорится, чувствуйте себя как дома, но не забывайте, что вы в гостях.
Парни прошли к беседке, поздоровались с банкиром и начальником службы
безопасности и сели на скамейку напротив. Двое в костюмах неслышно повторили этот
путь и расположились у гостей за спиной.
— А я уж все глаза проплакал! — дождавшись, пока гости рассядутся по местам,
насмешливо продолжил Константин Эдуардович, повернувшись к Аркадию Георгиевичу.
— Недосуг им юнцам беспокойным ко мне, старику, заехать, поговорить о делах наших
общих.
Банкир снова повернулся к гостям и буквально обжег их взглядом. Виталик,
ерзавший на скамейке, хотел было что-то ему ответить, но наткнулся на злой взгляд дяди,
густо покраснел и замялся.
— Константин Эдуардович, — взял слово Марик. — Мы потому к вам и не ехали,
что не с чем было. Вы, наверное, слышали, что у нас беда произошла, спирт украли,
товарища нашего убили. Вот мы и разбирались, как могли, с этими проблемами.
— Ну и как, разобрались? — ласково поинтересовался у него банкир.
— Да не совсем еще, но будем стараться, — бодро уверил его Марик и кивнул на
сидящего рядом Егора. — Вот видите, и директор наш к вам приехал, чтобы объяснить
ситуацию и попросить вас пролонгировать кредит в связи с возникшими трудностями.
— Да какой там к черту директор! — взорвался Константин Эдуардович.
Он вскочил и, брызжа слюной, стал потрясать кулаками перед сжавшимся
Виталиком и опешившим от такого напора Мариком
— Ты что меня за дурака держишь!? Это подставка а не директор! Я, по большому
счету, к нему вообще никаких претензий не имею. Это он, что ли, у меня из банка два
месяца не вылезал, упрашивая меня дать ему денег? Это он, что ли, мне клятвенно обещал
вернуть все в срок? Это он что ли всех моих девчонок в РКЦ перелапал и завалил кучей
говенного шоколада, чтобы побыстрее свои делишки обтяпать? Что, думаешь, я не знаю,
как все дело было? Я все знаю! Он появился в моем банке всего один раз, и ко мне привел
его за руку именно ты, чтобы он поставил свои подписи под документами.
— Но, Константин Эдуардович… — попытался было вставить что-то Марик.
— Да я уже почти пятьдесят лет как Константин Эдуардович! А ты никто, и звать
тебя никак. Я вам с Виталиком как людям поверил, а вы так меня подставляете. Ладно,
Виталик, — банкир перевел взгляд на племянника и тяжело вздохнул. — Ни для кого не
секрет, что он — телок великовозрастный. Куда его на веревке потянут, туда он и пойдет. Я
ведь, давая вам кредит, именно на тебя надеялся. Хорошие люди за тебя просили. Именно
ты мне показался серьезным человеком, и теперь именно ты мне тут сейчас сказку про
белого бычка рассказываешь и на непонятного мне подставного директора киваешь. В
общем, так!.. Даю тебе две недели, чтобы вернуть все деньги в банк. В ближайшее время я
ухожу на повышение в Москву, и мне никакие висяки оставлять у себя за спиной не
нужно. Не справитесь, пеняй на себя. Тогда разговор с вами будет совсем другой. Я все
сказал, можете идти — Константин Эдуардович развернулся и, не прощаясь, ушел в дом.
К должникам банка, семеня и переваливаясь на коротких ножках, как большой
пивной бочонок, подкатился Аркадий Георгиевич, грозно нахмурил брови и добавил:
— Ну что, молодые люди, все поняли? Я вас очень серьезно предупреждаю, что
