— А ягоды? — спросил Демьян, уже потеряв всякую надежду получить внятный ответ.
— Ваджаи — это слезы бога Света, упавшие на землю. Они дарят силу богов тому, кто съест их. Ягоды ваджаи дарят вечную молодость, лечат любые раны, избавляют от всех болезней.
— Но эти ягоды хоть кто-нибудь видел? Где-то можно увидеть как они растут?
— Ваджаи растут в деревне богов. Человек нельзя ходить в деревня богов.
— Почему нельзя ходить? Известно где эта деревня?
— Много лет назад человек потерять дорога в деревня богов.
Кайварро посмотрел на тотем, который казался живым и подрагивал в неровном свете костра, и начал петь какую-то унылую песню. Сидевшие рядом с ним мужчины тоже подхватили мотив. Демьян заметил в руках у некоторых из них ленточки с узелками, которые они перебирали пальцами словно четки. Получалось, что узелки это не только буквы, но и ноты. Все это было, конечно крайне интересно, но на душе у Демьяна сделалось совсем грустно.
Демьян понял, что все это время его попросту дурили, в том числе и Энрике. Ягоды ваджаи — это химера, вымысел или говоря современным языком «один сплошной маркетинг». Небылица про кровь богов безусловно звучит красиво, и на нее найдется свой покупатель, но вот только ягод или нет вовсе или их всего горсть. Во всяком случае ни о каком выпуске чудо-крема или мази для заживления ран речи идти не могло. На промышленных масштабах можно было смело поставить крест и расспрашивать вождя индейцев далее не имело никакого смысла.
Жаль было проделать такой тяжелый путь. Жаль было Карлоса, организм которого был отравлен токсинами огромных муравьев. Жаль было своих усилий. Жаль, жаль, жаль…
Демьян поблагодарил вождя за интереснейший рассказ и сказал, что он и его спутники сильно устали в дороге и пойдут спать. Вождь встал чтобы попрощаться, но видя недоверие в глазах Демьяна, что-то шепнул своему помощнику на ухо, и тот недоуменно посмотрел на вождя, но потом ушел исполнять приказание.
— Вы мой почетный гость сегодня, — сказал вождь, обращаясь к Демьяну. — Вы не можете спать со своими людьми. Мы поселим вас в отдельную хижину.
— Нет, не надо беспокоиться. Я вам очень благодарен, но рядом со своими людьми я буду чувствовать себя лучше.
— Это не обсуждается! — строго сказал вождь. — Кайварро чтит обычаи своих предков. Вы будете спать в хижине для почетных гостей. Такова воля Пачамамы!
Кайварро начал кланяться большому каменному идолу, стоявшему недалеко от костра. Демьян взглянул на Эндрю, но понял что его неприязнь слишком велика, и он только рад, что Демьяна положат где-то отдельно от остальных.
— И вот еще что, — вождь взял небольшой мешочек из рук подоспевшего помощника. — Это ягоды ваджаи, кровь богов. Воля Пачамамы передать их вам.
Вождь протянул маленький холщовый мешочек и вложил его в руку Демьяна. Развязав тесьму, Демьян заглянул внутрь и увидел сморщенную веточку с засохшими красными ягодками.
«Кровавые слезы богов. О, Господи! Этих ягод и впрямь кот наплакал», — подумал он, и поблагодарив Кайварро, понуро пошел в соломенную хижину, приготовленную для него на краю поселка.
Устав от тяжелейшего дневного перехода и еще более устав от сказок про богов джунглей, Демьян с радостью повалился на соломенный матрас. Как только его голова коснулась травяной подушки, он немедленно провалился в сон.
ГЛАВА 9. ОДИН В ДЖУНГЛЯХ
Ночью спалось плохо. Демьяну снились темнокожие индейцы, которые почему-то плясали вокруг костра вместе с гигантскими муравьями. Костер постепенно разрастался и в самом его центре, среди пламеневших углей лежали ярко красные ягодки ваджаи. Периодически индейцы останавливались и поднимали руки кверху, а Демьян в это время пытался дотянуться до ягод, но что-то невидимое каждый раз мешало ему сделать это.
Бредовый сон прервал резкий звук выстрела. Демьян открыл глаза и уставился во тьму. Царство морфея медленно отступало, и он почувствовал облегчение, освобождаясь от ночных видений. Внезапно выстрел повторился, потом еще один, еще и еще. Остатки сна мигом испарились, а дурное предчувствие лишь усилилось. Где-то совсем рядом шла перестрелка.
Демьян соскочил со своей лежанки и кинулся к выходу. Открыв соломенную дверь, он сразу увидел яркие всполохи огней бушевавшие по всему лагерю. В предрассветной темноте метались тени индейцев и раздавались испуганные крики. Демьян посмотрел в сторону палатки Эндрю. Около нее на фоне проблесков зари была четко заметна крупная фигура Мишеля, который стоял во весь рост и смотрел в сторону реки. Протарахтела короткая автоматная очередь и Мишель дрогнул, а затем резко рухнул на землю словно из него выдернули стержень.
Демьян присел и посмотрел в другую сторону. По лагерю шли какие-то вооруженные люди и расстреливали всех попадавшихся им на пути. Их было не меньше десятка, и там где они прошли полыхали яркими факелами подожженные хижины индейцев. Каратели не оставляли после себя ничего живого.
